— Сеньор, — окликнул меня возница, — куда дальше?

— На площадь Конституции, — ответил я, — и двигайся медленнее, я хочу всё рассмотреть.

— Как скажете.

Экипаж выкатил на Сокало. Главная площадь Мехико оказалась заполнена народом под завязку. Торговцы, солдаты, индейцы в ярких серапе, дамы под зонтиками — все неспешно прохаживались по площади или, наоборот, торопились по своим делам. Я смотрел на них и размышлял о том, что через несколько дней некоторые из этих людей могут стать свидетелями моих дел, но сейчас об этом лучше не задумываться.

— Кружите вокруг, — сказал я вознице. — Я скажу, когда остановиться.

Мы зашли на второй круг. Я запоминал каждую мелочь: где находится полицейский участок, где стоят фонари, как связаны между собой проходные дворы. Всё это могло пригодиться. Немного поколесив, мы выехали на одну из главных улиц и некоторое время спустя повернули к параллельной.

— Остановите у той таверны, — указал я на неприметное заведение в арке, после чего вышел из кареты, расплатился и велел ждать. Зашёл внутрь, заказал какао и жареного мяса и сел у окна. Отсюда открывался вид на всю улицу. Напротив, немного поодаль, находился дом, где, по сведениям падре, жил один из помощников Эванса, мелкий банкир, который помогал американцу отмывать деньги.

Я пил какао маленькими глотками, не сводя глаз с двери. Время шло, я съел принесённый обед и вновь попросил себе чашку горячего шоколада. Солнце клонилось к закату, и тени становились длиннее. Где-то вдалеке слышалась музыка, звенели колокольчики конок. Мехико жил своей жизнью, не подозревая, что в его тени затаился охотник.

И вот дверь дома напротив открылась, и на пороге появился мужчина в дорогом сюртуке, с тростью и цилиндром. Он огляделся и быстро зашагал в сторону площади. Я допил какао, бросил на стол монету и вышел.

— Следуйте за тем сеньором, — сказал я вознице, указывая на удаляющуюся фигуру. — Не приближайтесь, но и не теряйте из виду.

— Понял, сеньор.

Повозка тронулась. Я откинулся на сиденье, поглаживая рукоять револьвера. Охота началась, и я не собирался упускать добычу. Но как любой грамотный охотник на хищного и опасного зверя, сейчас я лишь разведывал дичь.

Дичь звали Альварес Чикако, но это довольно мелкая дичь. Вторая имела имя Карлос Обрегон. А третья звалась генералом Хуаном де ла Вегой. Ох уж эти де ла Веги. Интересно, лейтенант де ла Вега, что напал на меня в Мехико, приходится ли родственником этому генералу? И кажется, именно он отдал приказ о моём аресте. Ну, что же, думается, очень зря он это сделал.