У меня ведь действительно есть опыт. А еще в глубине моей памяти что-то копошилось… Причем именно в памяти Жени Кротова, не Кашеварова. Что-то такое, о чем я то ли читал в газетах, то ли мне кто-то рассказывал… Кажется, Рокотов, наш генеральный директор, однако я не уверен. Может, кто-то из старой гвардии?

— Но как, Жень? — Бульбаш тем временем от беспомощности даже руками развел. — Ты у нас, прости, по-прежнему еще не главред, а Хватов нас и слушать не станет… Тут ведь такая ситуация, что самоуправством заниматься опасно.

— Вот здесь я с тобой, Виталий Николаевич, ни разу не согласен, — я покачал головой. — Во-первых, в иные моменты нужно действовать без оглядки на будущие проблемы. А во-вторых, мы это все по линии партии организуем. Набери-ка мне, пожалуйста, Краюхина.

Бульбаш взволнованно нацепил очки, принялся искать в своем блокноте номер первого секретаря, нашел, стал крутить телефонный диск.

— Але? — я едва протянул руку, как Виталий Николаевич сам вступил в диалог с ледяной Альбиной. — Здравствуйте, мне бы Анатолия Петровича. Это газета «Андроповские известия», старший корреспондент Бульбаш. Что? Занят? Попросить Хватова?

— Дай-ка, — потребовал я, и Виталий Николаевич сунул мне в руку трубку. — Здравствуйте, Альбина. Говорит Кашеваров. Пропали дети, ситуация серьезная, а потому вы немедленно соедините меня с товарищем первым секретарем.

Фактически я сейчас прошелся по кромке, секретарша Краюхина вполне могла не стерпеть такого тона, однако при всей ее надменности было несправедливо отказывать ей в наличии мозга. Услышав слова «пропали дети» и «ситуация серьезная», Альбина очень быстро сообразила, что к чему, и буквально через несколько секунд мне ответил Краюхин.

— Анатолий Петрович, я могу помочь милиции в поисках детей, — я сразу же зашел с козырей. — Нужно ваше одобрение и поддержка. Время не ждет.

— Выкладывай, — первый секретарь отреагировал именно так, как нужно. Хороший знак.

— У меня есть план параллельных поисков, — начал я. — Милиция просто чисто физически не сможет накрыть весь город и окрестности. А я могу поднять общественность и ускорить процесс.

— Общественность, Кашеваров, и я поднять могу, — ответил Краюхин. — Как первый секретарь райкома КПСС. Надо будет, людей соберем, охотников, лесничих подымем. Сейчас пока ситуация не та. Заигрались наверняка где-то, это же дети.

Мне очень хотелось рассказать первому секретарю о маньяках, которых советские правоохранители еще не научились ловить, но я вовремя понял: не стоит. Да, в Ростове как раз в это время орудует Чикатило, а в Подмосковье таинственный Фишер, однако мы-то в Андроповске. Страх еще не успел охватить все города Союза. Поэтому нужен другой аргумент. И вот тут мне опять пригодилась память о будущем, а именно — об архивных делах, которые в мое время стали достоянием СМИ. О пропаже библиотекаря Клавдии Шульгиной, например, которую собственный муж убил и потом двадцать лет это умело скрывал. А она все это время числилась без вести пропавшей. И дети, которые будто канули в Лету, в криминальной истории города были. Кажется, даже в прошлом году…