Вот тут журналисты вскочили на ноги и принялись аплодировать уже без команды и примера. А я стоял, готовый провалиться сквозь землю, крутился по сторонам, благодарил коллег и отвечал на рукопожатия. Нет, не привык я к такому вниманию. Но привыкать нужно. Сколько еще в моей новой жизни будет таких испытаний медными трубами. И я должен уметь достойно их выдерживать.
— А также, — Хватов использовал типичный рекламный прием «самый распоследний бонус», — по многочисленным просьбам сотрудников нашего издания при «Андроповских известиях» создается Добровольная народная дружина для оказания содействия милиции. Ответственным назначается…
Седовласый функционер сверлил меня взглядом и ухмылялся.
«Ну, давай, говори уже», — я вздохнул про себя.
— Евгений Семенович Кашеваров!
Эх, Богдан Серафимович. Общественной работой меня вздумал пугать? Да я только рад!
Глава 16
О дружинниках я знал не только из советских фильмов, но и из рассказов отца. У них на заводе ЖБИ был свой отряд содействия милиции, и папа время от времени дежурил до ночи, возвращаясь домой уже когда я спал. Помню, мама к этому относилась очень хорошо, даже гордилась. И не только по причине дополнительных дней отпуска, которые полагались членам заводской ДНД, но и из-за того, что наша семья вносит посильный вклад в строительство коммунизма. Я бы, наверное, тоже стал дружинником, если бы не распад Союза и всех его социальных институтов. А тут у меня такая возможность!
Впрочем, помимо романтики передо мной сейчас маячила организаторская работа. Так что после окончания собрания с очередными аплодисментами и рукопожатиями я сидел в кабинете Клары Викентьевны. На соседнем стуле расположился капитан Величук — вместе с нашей парторгшей он должен был ввести меня в курс дела.
— Итак, Евгений Семенович, для начала я поздравляю вас с почетным назначением, — улыбнулась Громыхина. — А теперь обсудим подробности. Вы, как ответственное лицо, будете координировать работу отряда. Под опорный пункт мы выделим вам помещение библиотеки, потом, я думаю, через исполком поставим во дворе специальный киоск…
Клара Викентьевна говорила, а я вспоминал. В детстве я часто видел на улицах нашего города железные будки с решетками на окнах. Чем-то они были похожи на ларьки «Союзпечати», только располагались в них как раз-таки штабы народных дружин. Там, как правило, участковый раздавал ценные указания, фиксировал ФИО дежурных и фронт работы — об этом я знал от отца. А потом, распределившись по зонам ответственности, дружинники шли в патруль с пяти до одиннадцати вечера.