— Что ты имеешь в виду? — удивилась Ямпольская.

— Я как раз ищу человека, умеющего рисовать остро и на злободневные темы, — улыбнулся я. — Для газеты. Меня вроде как скоро опять восстановят, так что я снова смогу руководить процессами.

Не могу сказать, что я прям горел желанием помочь этому Ване. Просто на объявление, которое мы с Кларой Викентьевной все же успели опубликовать в газете, откликнулось не очень много желающих. Из тех же, кто предложил свои услуги, не нашлось никого с подходящим стилем. Рисовать предсказуемо умели все, но вот не было иносказательности, умения схватывать на лету и делать своего рода художественные слепки эпохи. Ведь если говорить о той же карикатуре, то это не просто смешной рисунок, это еще и тонкая сатира. Такое не каждому удается. Может, Иван потянет? Со всеми последними перипетиями я на какое-то время позабыл о своей инициативе, а теперь вот оно как сложилось. Не вижу препятствий к тому, чтобы помочь талантливому человеку, если он сам, как я и сказал Аглае, захочет вытащить себя из ямы. И если его работы, разумеется, меня действительно устроят по стилю и качеству.

— Могу с ним поговорить, — предложила девушка. — Что ему нужно сказать?

— Рисунки пускай в редакцию пришлет, — ответил я. — Впрочем… Судя по его поведению, он скорее опять скандал тебе устроит, что я его милостиво из грязи поднять хочу. Сам поговорю с ним.

Как оказалось, Ваня все-таки тоже зашел в кинотеатр — видимо, пообещал друзьям, что не будет барагозить. И сейчас он стоял, потупившись, за дальним столиком и потягивал минералку. Я посмотрел на часы — еще несколько минут до начала сеанса, успею. Попросил Ямпольскую подождать, решительно подошел к ее бывшему мужу-скандалисту и сказал:

— Если захочешь снова стать человеком, позвони вот по этому телефону, — я быстро написал в блокноте номер нашего кабинета, оторвал листочек и сунул под нос Ване, старательно пытавшемуся на меня не смотреть.

— А с чего это ты в благородство играешь? — недоверчиво спросил он. — Перед Аглаей выделываешься?

— Я смотрю, вести ты себя не очень умеешь, — спокойно произнес я. — Зато, говорят, рисуешь неплохо…

— Пишу, — мрачно поправил меня Иван. — Рисуют дети.

— Пишешь, — я не стал спорить. — Мне в газету карикатурист нужен. Если у тебя действительно талант, то вот тебе шанс. Надумаешь, позвони, и договоримся твои работы посмотреть.

— У меня и без тебя дел хватает, — вот ведь тяжелый человек.

— Значит, другого найду, — я пожал плечами. — Менее занятого. Бывай.

Сказав так, я развернулся и даже не стал выслушивать его очередные попытки набить цену. Если он и вправду талантлив, придется унять гордость, чтобы воспользоваться возможностью состояться в профессии. Завалит — его трудности. А вот Аглаю он в любом случае не получит. Тут уже его поезд ушел.