Она указала на самую обычную непримечательную пятиэтажку, во дворе которой стояла гордость отечественного автопрома того времени — вишневый ВАЗ-2108, легендарная «восьмерка». Когда-то это была машина мечты, не уступающая по характеристикам «Фольксвагену» модели «Гольф». Черт, вот о чем я сейчас думаю, когда рядом такая красавица?
— Аглая Тарасовна, как вы относитесь к спорту? — была не была!
— Положительно, — улыбнулась Ямпольская.
— В семь вечера сегодня соревнования в одном спортклубе, — сказал я. — Туда пускают не всех, но я бы вас туда пригласил. Составите компанию?
— Соревнования меня не очень интересуют, — покачала головой девушка. — Но за приглашение спасибо.
Да уж, опростоволосился — неужели и впрямь Ямпольской интересно смотреть на потных мужиков в подвале жилого дома? Тоже мне, Ромео!
— Тогда у меня есть предложение поинтересней, — внешне мне все же удалось сохранить добрую мину при плохой игре. — В следующую среду в доме культуры состоится концерт в честь Дня комсомола. Мы готовим сюрприз, который, я просто уверен, вас должен заинтересовать.
— Вы там будете выступать? — в глазах докторши мелькнул неподдельный интерес.
— Нет, но я имею некоторое отношение к подготовке.
— Это тоже неплохо, — прищурилась Аглая Тарасовна. — Самодеятельность я люблю. Позвоните мне завтра по телефону регистратуры. Я вам отвечу по поводу записи вашего знакомого, и заодно вы мне расскажете немного подробностей. До свиданья, Евгений Семенович.
— Всего доброго, Аглая Тарасовна, — я улыбнулся в ответ.
Она направилась в сторону одного из подъездов, а я все то время, пока она не скрылась за дверью, словно прилип взглядом к ее точеной фигуре. А потом встряхнулся, словно сбросив оцепенение, и усмехнулся про себя:
«Ну что, Женя, влюбился?»
Разумеется, я не был расстроен. Наоборот, у меня словно бы выросли крылья. Избитое выражение, но оно сейчас подходило к моему состоянию как нельзя лучше. Жизнь обрела еще один смысл помимо работы.
Что и говорить, судьба редко делает такие подарки, и я не собираюсь их упускать.
[1]Х/ф The Magnificent Seven, 1960 год. Режиссер: Джон Стёрджес.
P. s. Лед тронулся, господа присяжные заседатели? Строгая докторша растаяла?) Ваши ставки))
Глава 40.
Возле дома номер шесть по улице Пролетарской было многолюдно. У лестницы в подвал с торца здания толпилось не меньше десятка крепких парней, и прохожие опасливо проходили мимо. Причем, я уверен, если бы дело происходило возле городского стадиона, реакция могла быть другой — спортсменов в Советском Союзе хватало. Но тут, во-первых, место было неподходящим, а во-вторых, качки Загораева отличались своеобразной одеждой — свободными клетчатыми штанами и клетчатыми же кепками-восьмиклинками. Некоторые были в темно-синих ватных телогрейках, перехваченных на талии широкими солдатскими ремнями с огромными пряжками.