— Нравится? — между тем, осторожно поинтересовалась Анфиса.
— Вылитый Котовский! — похвалил я ее старания. — И помни, жду от тебя материал. А потом еще кое-что интересное будет. К тяжелой атлетике как относишься?
— Положительно, — ответила девушка.
— Вот и отлично, — улыбнулся я. — Все подробности — после выхода номера, когда будем готовить следующий. А пока занимайся парикмахерским искусством и пиши про Чеботарева. С интервью справилась?
— Уже почти готово! — выпалила Анфиса. — В понедельник принесу машинописный текст!
В этот момент в помещение вернулась накурившаяся и успокоившаяся парикмахерша, которая была для меня уже не столь красивой — сказалась ее пагубная привычка.
Ничего, мы и с этим как-нибудь справимся.
[1] Кандидат в мастера спорта.
[2] НЭП — новая экономическая политика. Период в истории СССР, когда государство временно разрешило частное предпринимательство (1921 — 1928 гг.).
[3] Раиса Максимовна Горбачева, жена первого президента СССР Михаила Сергеевича Горбачева.
Глава 25.
Весь следующий день, воскресенье, ушел у меня на подготовку статьи. Раньше, в своей прошлой жизни, я наловчился писать до трех текстов в день. Сроки порой были настолько сжатыми, что приходилось постоянно совершенствовать мастерство. Хотя одна моя коллега заткнула меня за пояс, как-то раз в одиночку написав семь статей за сутки. Это далось ей весьма тяжело, как она сама рассказывала, и на поддержание бодрости ушло не меньше десяти кружек кофе. Лично я на такие рекорды не шел, хотя порой, как многие из нас, брал подработку в других изданиях.
Тут ведь как — есть тексты, которые ты готовишь как маленькие шедевры, правишь, дополняешь, шлифуешь. А перед этим долго и скрупулезно выискиваешь фактуру, берешь комментарии ЛОМов, часами беседуешь с нужными людьми, выезжаешь «в поле». Так было, например, с моим последним в прошлой жизни материалом о поисковом отряде «След». Обидно, что мне так и не удалось его завершить. Но что уж теперь поделать. А вот другую категорию текстов ни капли не жалко.
Есть такое правило в «принте»: на одном развороте и уж тем более на одной полосе не могут стоять статьи с одной и той же фамилией. Поэтому у опытных журналистов всегда есть рабочие псевдонимы, которыми подписываются проходные тексты. А еще — увы, это факт — тексты, за которые стыдно. Коммерческие, которые ты правишь иногда по десятку раз, чтобы согласовать с заказчиком, или выборные — в рамках очередной политической кампании. У всех, кто обладает маломальским опытом, такие материалы не входят в открытое портфолио. Вот и у меня в двадцать первом веке был «оперативный псевдоним» Артемий Пасюк.