Я успокоился и хотел было прикрыть глаза, но удержался — здесь, в этом времени, даже парикмахерскую можно считать интерактивным музеем. Мастер-блондинка тем временем закончила с привередливой дамой, поправила ей массивные кудри, попрыскала лаком и стряхнула с плеч лишние волосинки. Та еле слышно поблагодарила, оставила в специальном блюдечке несколько купюр и, не попрощавшись, удалилась, накинув дорогое манто с меховым воротом.

— Ф-фуу! — выдохнула парикмахерша. — Я уж думала, что-то не так сейчас будет. Пронесло!

— Вредная клиентка? — поинтересовался я.

— А вы не знаете? — блондинка впервые повернулась ко мне и захлопала ресницами. — Это же Раиса Ивановна Краюхина, жена первого секретаря!

— Ого! — искренне воскликнул я, осознав, что имел счастье лицезреть супругу Анатолия Петровича.

— Да! — продолжала распаляться парикмахерша, пока Анфиса точными выверенными движениями превращала меня в Брюса Котовского. Или Григория Уиллиса. — Ей ведь не угодишь! Она за своей знаменитой тезкой теперь все повторяет, чтобы быть не хуже!

— Это вы про Раису Максимовну[3]? — на всякий случай уточнил я.

— Ну, конечно! — блондинка закатила глаза, ужасаясь моей пещерности. — Анфиса, закончи с товарищем, а я пока отдохну. Мне надо прийти в себя.

И парикмахерша, достав из сумочки сигарету со спичками, накинула бежевый плащ и вышла на крыльцо — покурить. Я тут же почувствовал предательское желание присоединиться, но твердо отогнал мысли о табаке. Врешь, не возьмешь, Евгений Семенович. Я отучу твое тело требовать никотина.

— И как тут тебе? — я обратился к Анфисе, которая аккуратно стирала с моей головы остатки пены. — Получится материал?

— Вы знаете… — девушка на секунду замерла. — А мне тут даже нравится!

— Надеюсь, ты не собираешься бросить газету ради карьеры стилиста? — пошутил я.

— Кого? — удивилась Анфиса, услышав незнакомое слово.

Да что ж такое, никак не могу отвыкнуть от лексики двадцать первого века.

— Парикмахера, — поправился я. — «Андроповские известия» много потеряют с твоим уходом.

— Скажете тоже, — смущенно забормотала Анфиса. — Нет, журналистику я не брошу. Я к тому, что вы очень интересную тему нам предложили. Вот вроде бы все так просто — испытано на себе. А я вот даже прониклась. Младшей сестре теперь буду рассказывать.

— Это хорошо, — кивнул я. — Только свое мнение ей не навязывай. Пусть вырастет и сама выбирает, кем ей работать.

Анфиса закончила наводить марафет и отступила на шаг. А я воззрился на свое отражение и через мгновение понял, что Евгений Семенович Кашеваров прямо сейчас скинул лет эдак пять или шесть. Вот что значит правильно подобранный образ. Теперь еще и фигурку подтянуть — и вообще, буду прям женихом на выданье. Набиваться в зятья родителям Аглаи Ямпольской.