— Слушай, Владимир Борисович… — начал я, но он меня прервал.
— Просто Вовка.
— Понял. Так вот, слушай, Вовка. А тебе сюда новые люди нужны? Или вход только по пропускам?
— Редакцию загнать хочешь? — понимающе улыбнулся качок.
— И не только, — уклончиво ответил я, снова вспомнив про коллектив Андроповского ЗКЗ.
— Понимаешь, мы с парнями этот подвал… ну, как бы это сказать, выкупили, — Вовка понизил голос. — Неофициально, конечно. Так что рассчитываю на твое понимание.
Все встало на свои места. Вовка Загораев был не только спортсменом, но и одним из первых частных предпринимателей в СССР. Кооператором, как их тогда называли. И пока Верховный Совет страны не принял закон об индивидуальной трудовой деятельности, который заработает в мае следующего года, он и другие такие же «частники» были вне правового поля.
— Как рыба об лед, — подтвердил я, что буду молчать. — Но насчет новых клиентов подумай. Как-нибудь, например, по бартеру…
— Это как? — наморщил лоб Загораев.
— Это когда тебе не деньгами платят, а взаимной услугой, — пояснил я. — Тут, знаешь, ходят слухи… — я понизил голос. — Ходят слухи, что наверху планируют предпринимательство разрешить. Как в двадцатые годы НЭП[2] вводили.
— Ну? — неопределенно сказал Вовка, показывая одновременно и скепсис, и заинтересованность.
— От авторитетных людей знаю, — уверенно сказал я. — По своим газетным связям. Всего сказать не могу, сам понимаешь…
Не говорить же ему, в самом деле, о том, что я из будущего в это тело попал. И в предсказательницу Вангу играть не хочу. Лучше использовать свою должность, напустив небольшого туману. А журналистам, тем более редакторам, народ тогда верил безоговорочно. Вот и на Вовке это сработало.
— Хорошо, если так, — сказал он одобрительно и внимательно посмотрел на меня, явно ожидая какого-то продолжения.
— В общем, пока я могу предложить взять твой спортклуб под крыло газеты, — я словно бы размышлял вслух, чтобы это не выглядело пустой болтовней с громкими обещаниями. — С меня информационная поддержка… ну, то есть рассказывать о тебе будем и постараемся как-то решить вопрос с официальным признанием. Откроем у тебя секцию или кружок. А ты мне за это людей будешь пускать тренироваться.
— Интересная мысль, — после небольшой паузы ответил Загораев. — Надо подумать. Но ты ко мне в любом случае приходить можешь.
— По рукам, — сказал я, и мы пожали друг другу ладони.
* * *
После «качалки» я решил зайти в парикмахерскую, чтобы сменить имидж. С учетом того, что у Кашеварова раннее облысение, гонять расческой три волосинки я считаю излишним. А потому мой дальнейший путь проходил в сторону парикмахерской номер четыре. Той самой, к слову, куда я отправил стажироваться Анфису Николаеву.