— Куда приплыли-то? — рассуждали другие. — Вон скалы какие. Тут разве высадишься?
Командиры знали не больше своих подчинённых. Саня пошёл узнать, вернулся и доложил:
— Будем здесь стоять и ждать.
— А чего ждать, а сколько ждать, не сказали?
— Не сказали.
И так простоял транспорт весь день, пока к вечеру не появился с севера его брат-близнец. То был «Маршал Василевский». Он встал неподалёку. На нём тоже были пехотные части, но на сей раз армейские. Рота пехоты, сапёрная рота и рота связи. Оба корабля так никуда и не пошли и простояли в этом тихом месте до самого рассвета; и на все вопросы казаков моряки отвечали одно и то же: приказано ждать. И всё. И только после того как прошёл дождь и на востоке стало светать, оба транспортных судна завели двигатели
И пошли. Да нет, полетели. Как раз стоял штиль, волнение было нулевое, и корабельные дизели не просто заурчали, они взревели.
Суда пошли на такой скорости, которой казаки даже и не ожидали от таких больших конструкций. А через полчаса те станичники, что не спали и курили на верхней палубе, стали различать идущий параллельным курсом, но чуть севернее, длинный тёмно-серый корабль с низкими надстройками.
— А это кто там? — спрашивали казаки у моряка, что был на палубе вместе с ними. На транспорт то судно не походило.
— Это «Арсений Павлов». Эсминец. Наш конвой.
Дизеля ревели. Палубы не прекращали дрожать от вибрации. Корабли шли очень быстро. Да ещё и охрана подошла. Был в этом всём какой-то привкус… опасности, что ли… И эта гонка продолжалась весь день и весь вечер, только курс менялся: если раньше они всё время шли на запад, то уже после четырёх часов дня пошли ровно на юг. А берег был всё так же с левого борта.
Казаки то на палубе, то в трюме принимались всё это обсуждать. Всех заботило и появление эсминца, и сам ход транспортов, но Аким в эти разговоры не встревал. Слушал — да, но что-то кому-то объяснять или рассуждать о чём-то морском не хотел. Он начал понимать, что всё это море ему не очень-то нравится.
«На болоте всяко не так тревожно будет. Да пусть даже и в степи. Там всё ясно, знаешь кого и откуда ждать. А тут вон вода вокруг… И сколько её ещё под железным днищем? Бахнет эта железяка с размаху о камень какой, бултыхнёшься за борт — и с концами… Нет, на болоте, пусть и рогоз, и мошка, и жарища, а всё одно — спокойнее, там хоть искать будут, случись что. А тут поди поищи попробуй».
Как стемнело, так корабли снова сменили курс и пошли не на юг, а на юго-восток. И вдруг казаки увидали, что огни появились не только с левого борта, но и с правого.