— Да я то что? — удивляется Саня. — Не я же в чайной сижу. Он не за мной туда идёт… Я просто помочь…

— Помочь! — повторяет за ним женщина с большой долей сарказма. — Помочь водку пить?

— Угомонись ты! Разговорилась больно, — наконец разозлился прапорщик. — Ты будешь, что ли, решать кого на порог в дом пускать? — и уже заму добавляет: — Ну, что встал? Пошли!

У Настасьи есть что мужу сказать, но она знает, что нужно подождать, и находит в себе силы промолчать.

— Ох и баба у тебя, Аким! — говорит Саня, когда они уже выходят на улицу. — Чисто вахмистр. Ей дежурство по полку по плечу будет.

Аким ему ничего на это не сказал, а лишь поинтересовался:

— А во взводе всё нормально?

— А чего там? Нормально всё. Мы с Капустиным ещё стрельбище заказали, через четыре дня соберём людей, постреляем, посмотрим, что у нас за снайперы, что за пулемётчики… Оружие, броню посмотрим. Заодно пушку БТРа ещё раз проверим… чтобы потом на смотре не опозориться. И ты там со всеми новыми познакомишься, которых я набрал.

И тут Аким подумал, что зря сотник недоволен его замом. Если быть объективным, то Саня дело-то потихонечку делает, причём делает его в одиночку. Конечно, тут прапорщику нельзя было всё пускать на самотёк, нужно было товарища контролировать и время от времени «взбадривать», но, в общем, взвод потихонечку «вырисовывался» и к следующему призыву, по идее, должен уже быть вполне боеспособным подразделением.

С таким мыслями они приехали в чайную. А Дениса в ней уже не было. Увела жена.

«И слава Богу!».

Вечер: все столы в чайной заняты. Но знакомые казаки в заведении были, в том числе из их сотни. Толя Кобляков из его взвода, Вадим Турчак из третьего взвода, старый приятель Саблина, и замком третьего взвода Можейко. Его имени Саблин на помнил.

— Аким, — окликает его Анатолий. — Идите к нам, я вас угощу.

Угощаться от подчинённых? Полковник ему не раз уже говорил про походы в чайную, но тут были его товарищи, с которыми он начинал ходить в призывы. Так что отказывать… неудобно.

В общем, нашли лишний стул и сели, и Анатолий сразу заказал кактусовой водки и посмеялся:

— Ты же теперь начальство; кукурузную, наверное, совсем не пьёшь.

— Брось ты, — отмахивается Аким. Он знает, что дальше будет, и не ошибается. Когда малюсенькая и тонконогая официанточка, едва говорящая по-русски, приносит графин с синим напитком и полный поднос закусок, Толя, разливая водку по рюмкам, и начинает:

— За твой рейд, командир.

И едва все выпивают, Можейко и просит:

— Ну, Аким, расскажи, как сходили на Камень.

— Да что там рассказывать? — отвечает прапорщик; он уже не в первый раз бросает взгляды на стойку, но Юнь там нет, за прилавком её заместительница. — Рассказывать особо и нечего. Приехали, да и сделали всё. Нам армейцы здорово помогли.