— Прапорщик Саблин? — спрашивает негромко, но на станицу уже почти спустилась ночь, и здесь, на краю, удивительно тихо, так что Аким всё хорошо слышит и отвечает незнакомцу коротко, по-военному:

— Я!

— С вами хотят встретиться, поговорить, — продолжает высокий без всяких объяснений.

«Встретиться? Поговорить? О чём? Сейчас? И кто это хочет? И где?».

И из всех возникших вопросов Аким задаёт главный:

— Кто?

— Ваш знакомый… — сразу отвечает незнакомец, и уже чуть погодя добавляет: — из Туруханска.

И вот тут Саблин уже начинает понимать… Но его что-то ещё настораживает. И высокий видит это и произносит:

— БН336-ЦУ117-К32, — этот позывной звучит как пароль. А дальше уже следует текст: — Сто семнадцатый, с вами хочет встретиться девятый, ему нужно обсудить с вами ваш последний рейд.

«Сто девятый — это же код Панова».

Ну вот, теперь всё становилось на свои места. В принципе, он этого ждал. И если говорить честно, всё время думал о том, что встреча может и не состояться, так как… если быть объективным, то задание он не выполнил. Чиёншоха Глаза мёртвым никто не видел. Но нет, значит, всё-таки разговор будет. Вот только тащиться в Туруханск… Неделя. Аким сейчас точно не мог уехать. Новый рейд? Да куда? Нет… Полк, жена… Юнь! Он точно не мог сейчас уезжать.

— А что, позвонить девятый… Он не мог? — спрашивает Аким.

Тут высокий оборачивается на того человека, что сидит на квадроцикле, и жест этот напоминал: ну, ты это слышал? Тогда второй слезает на землю и подходит к разговаривающим… Как и полагал Саблин, это была женщина. И она говорит тоже довольно тихо, но очень уверенно:

— Ваш телефон прослушивается. И сообщения коммуникатора тоже под контролем. Но встреча с девятым необходима, — тут она словно угадывает мысли Акима. — Вам не придётся далеко ехать. Девятый на Антоновом хуторе. Там дом Таисии Кудриной… Она одна живёт, вот он у неё и остановился. Дом первый от съезда с большака. С него весь хутор начинается. Запомнили? Таисия Кудрина.

— Запомнил, — говорит Саблин.

— Вы не тяните, — продолжает женщина. — У девятого много дел, и он только из-за вас сюда приехал.

— А лучше выезжайте прямо сейчас. Мы вас проводим — ну, если хотите, — заканчивает за неё высокий. — И не на лодке, на лодке в болоте вас отследят; ехать лучше по Енисейскому тракту, там куча машин сейчас. Ночь, пыль, но там спокойно.

— Сейчас? — Саблин чуть растерялся.

— Чтобы до утра вернуться, — отвечает женщина. — И вашего отсутствия никто в станице не обнаружит. Только… никого из своих людей, из тех, что вы берёте в рейды, из них никого не берите. Близких товарищей тоже. Лучше вообще никого не берите. Мы вас проводим до хутора, а обратно к утру вернётесь сами, — и пока Аким думает, она продолжает: — И никому не звоните. Коммуникатор оставьте дома. И никому не говорите, куда вы сейчас едете, — и прежде чем он успел спросить, женщина уточняет: — Даже жене.