А затем…
— Я никогда не благодарил тебя. За то, что спасла меня и Баса.
— Нет, — тихо ответила она, — не благодарил.
Она обернулась, не в силах больше выносить неизвестность. Рейден был там. Он сделал несколько шагов к ней. Медленно. Уверенно. На его лице было всё то же теплое выражение, что и всегда. Ничего не изменилось. И в то же время изменилось всё. Это было почти даже слишком обыденно. Неужели она волновалась из-за пустяков? Вероятно. Это очень похоже на неё. И все же узлы в её животе развязались, когда она посмотрела в его лицо и поняла: они пережили и этот шторм.
— Спасибо, — сказал он с улыбкой, подходя так близко, что она могла бы дотронуться до него рукой. — Можно спросить… почему ты это сделала?
— Потому что… потому что ты прыгнул за борт, чтобы спасти своего друга. Потому что ты оказался не тем злодеем, которым тебя описывали.
На его лице отразилась боль.
— А что, если это так? — спросил он приглушенным голосом. — Что, если я хуже?
Рука Селесты легла ему на щеку, и он повернулся лицом к её ладони, ища тепла. В его глазах она видела сожаление и печаль, топящие его изнутри. У скольких из его погибших членов экипажа были семьи, как у Киями или Бастиана? Или мечты, как у Торбена? Вещи, оставшиеся невысказанными или незавершенными. Она видела, как сильно это преследует его. Как он терзает себя. Это было заметно в том, как он оберегал свою команду. Столько ужасных вещей он совершил во имя короля.
— Ты — не твой отец, — сказала она.
Рейден сделал шаг назад, и в его глазах промелькнуло раздражение.
— Ты его не знаешь.
И внезапно Рейден начал ускользать от неё, превращаясь обратно в капитана Рейдена Шарпа, сына Короля пиратов. Она бессильно опустила руку. Неужели она неправильно истолковала его чувства?
— Я не думала…
— Нет, — отрезал он, — ты не думала.
Внутри вспыхнула холодная и яркая волна раздражения.
— Знаешь, Рейден, я пытаюсь взглянуть на вещи с твоей точки зрения, но у меня не получается засунуть голову так глубоко в задницу, как тебе! — выпалила она.
Он замер.
— Повтори это.
Гнев Селесты поутих.
— Я… я пытаюсь взглянуть на вещи с твоей точки зрения, но…
— Нет, — сказал он. — Часть, где ты назвала мое имя.
— Рейден, — произнесла она, чувствуя, как колотится сердце. Впервые она произнесла его имя своим собственным голосом. — Рейден, я пытаюсь…
Он обрушился на неё, как гравитация. Неизбежно. И когда его губы встретились с её, она почувствовала, как звезды падают с небес. Все её секреты были обнажены перед ним, и он принял её такой, какой она была. Его пальцы запутались в её серебристых волосах, а она обхватила его за шею, прижимаясь всем телом. Поцелуй был страстным, жадным. В нем не было контроля. Поцелуи никогда не ощущались так. Это было страстно, дико и прекрасно. Это было по-человечески.