Нет, на это уйдёт непозволительно много времени, причём без какой-либо гарантии успеха, поэтому лучше я устроюсь тут, а затем схожу в центр города, чтобы осмотреться там и понюхать воздух.

Говорят, что императорский дворец — это лакшери, тренд, мейнстрим, вейп, электросамокат и вообще вау, поэтому посмотреть на него нужно обязательно.

«Какие там ещё словечки использовали зумерки?» — попытался припомнить я. — «А, кринж и краш. Только бы понять, что всё это значит…»

Кажется, кринж — это человек, в которого ты влюблён? Или это краш? Или это кринж? Или это краш? Или это электросамокат? Или это вейп? А, поебать…

«Зачем я вообще обдумываю эту хуйню?» — спросил я себя. — «У меня в кругу общения зумеров и не было никогда. А мои Володя и Саша считаются зумерками? Кажется, нет».

Вот, опять обдумываю бесполезную срань из прошлого мира…

Мне гораздо важнее не сцепиться с местной стражей и не позволить ей обыскать меня — к рюкзаку прикреплён чехол с моим четырёхствольным ружьём. Эх, сколько раз я хотел выбросить его, когда взбирался на гору…

Зато теперь у меня с собой неоспоримый четырёхразовый аргумент в любой напряжённой беседе. Надо будет, как найду жильё, зарядить его и держать наготове.

— Мой верный друг — семь-четыре АК, не любит заходить издалека… — пробурчал я. — И если что-то вдруг — не промолчит мой друг…

Выхожу на пригородную рыночную площадь и начинаю осматриваться. Доска объявлений мимолётно коснулась тонких струн моей души, но я подавил желание посмотреть, что там пишут. Очевидно, что заказов на чудовищ там не будет, поэтому я не захотел бередить свои душевные раны.

«Наверное, кто-то из юся чокнулся на месте, когда узнал, что никакого праздника не будет и чудовища кончились», — подумалось мне. — «Я-то ладно, толстокожий, меня хрен прошибёшь, в прямом и переносном смысле, но встречаются среди юся очень чувствительные мальчики и девочки».

Нас и так мало, а после такого удара по яйцам или по пизде, кто-то, ну просто по-любому, свёл счёты с жизнью, от безысходности и нежелания вести жалкий и бессмысленный образ жизни никому нахуй не нужного героя.

Даже я испытал экзистенциальный кризис, начал бухать, как последняя скотина, потому что у меня были пиздец какие завышенные ожидания — героический героизм, истребление чудовищ, почести и слава защитника человечества… А потом такой — хуй на!

— Опа! — схватил я за руку уличного ворюгу, пытавшегося стянуть мой кошель с гвоздями. — Слышь, Антоха, ищи себе другого лоха!

Я, конечно, реактивный, как МиГ-21, но бывают ситуации, когда карманникам улыбается удача, поэтому на поясе у меня висит кошель с ржавыми гвоздями. Но и его очень жалко, поэтому я предпочитаю ловить воров.