— Что же ты так неаккуратно, а? — поинтересовался я. — Мама с папой не говорили тебе, что если кто-то построил забор, то он, видимо, не хочет, чтобы кто-то лез к нему?

— Пощади… — взмолился запутыш.

Его замотало прямо основательно — полагаю, когда он попал в спиральку ногами, ему стало так больно, что он не удержался и рухнул на левый бок, после чего начал крутиться и его скрутило почти так же, как ту памятную псину…

— Никуда не уходи, — попросил я его и разогнулся.

Иду к ближайшему соратнику запутыша, пытающемуся высвободить свою правую ногу.

— Тебя убьют за это! — предупредил меня он.

— За то, что вы вторглись в мою частную территорию? — спросил я с усмешкой. — Кто вас послал?

— Иди нахуй, байгуй! — очень храбро, но очень опрометчиво послал меня ночной налётчик. — Мы тебе ничего не расскажем!

— Мы? — криво усмехнулся я. — Говори только за себя. Вон тот долбоёб, так замысловато замотавшийся в мою спиральку, готов выложить все секреты, лишь бы я освободил его. Но мне этого мало — я хочу знать всё, что вы знаете. Знаешь, что будет дальше?

— Мне похуй, ты, белая мразь! — уверенно заявил налётчик.

— Для тебя у меня есть кое-что особенное, — сказал я ему. — Посмотрим, насколько тебе будет похуй. Итак, дамы, время истязаний…

Бью налётчика по морде и обезоруживаю. Затем грубо выдёргиваю его из моей спиральки — это было очень больно для него, потому что он оставил на ней штаны и лоскуты кожи с мясом.

Укладываю сопротивляющегося бедолагу на козла для пилки дров и связываю его по рукам и ногам, надёжно фиксируя в нужной мне позе.

— Я не знаю, как это называется, но пусть будет «пыткой водой с полотенчиком», — сказал я, заматывая лицо налётчика в кусок ткани. — Видел в одном фильме с Дензелом Вашингтоном — забыл, как называется… Итак. Кто вас послал?

— Иди нахуй!.. — ответил налётчик. — Иди нахуй!..

Начинаю тонкой струйкой лить на его лицо воду из ведра.

Если мне не изменяет память, то в фильме говорилось, что мозг человека начинает верить, будто он тонет, поэтому начинает бороться за выживание, что доставляет максимум негативных эмоций. И, если в фильме с Вашингтоном не напиздели, обычный человек долго под такой пыткой не продержится. Но Дензел-то, конечно, не обычный человек, по сюжету фильма, поэтому ему было похуй.

Вода в ведёрке закончилась.

— Кто вас послал? — спросил я. — Имей в виду — воды в колодце дохуя и мы можем продолжать это до тех пор, пока мне не надоест. А мне не надоест — обещаю.

— Иди… — захлёбываясь, попытался ответить налётчик.

— Ладно, — пожал я плечами и сходил за водой.