— Ещё раз доложишь кому-то о моих делах — у меня больше не будет соседа, — предупредил я его. — И, кстати, ты ведь всё ещё продаёшь свой участок?

Сосед судорожно кивнул.

— Цена та же? — спросил я.

— Да… — подтвердил Веймин.

— Тогда начинай собираться — деньги принесу завтра утром, — улыбнулся я.

Возвращаюсь домой и начинаю готовить ужин. Шашлык уже подзаебал, поэтому сегодня у меня памповая каша. Все ингредиенты в леднике, я закупился с запасом, поэтому эта неделя объявляется неделей набора массы…

«Побыстрее бы достроить дом и организовать нормальную кухню», — подумал я, варя в котелке над костром клейкий рис.

*566-й день юся, имперская провинция, Юнцзин, квартал

Нюцзо

*

«Почему квартал развлечений назвали „Пасть быка“? Бычья пасть у кого-то ассоциируется с развлечениями?» — озадачился я.

Это очередной район, который нужно осмотреть на предмет других юся.

— Девочку, комнату? — обратилась ко мне престарелая шлюха.

— Нет, спасибо, — покачал я головой.

— Девочку, порошок, комнату? — через десяток метров схватила меня за рукав обдолбанная путана. — Для байгуев скидки!

— Не-не, не нужно, — легко высвободился я и пошёл дальше.

Тут полно борделей, винных башен, игорных и опиумных притонов, а также дешёвых ночлежек, куда приходят лежать на соломе нюхальщики.

Я послушал парочку наркоманов, употребляющих опиум и синий порошок — оказывается, курильщики опиума считают нюхальщиков синего порошка говнарями, нюхающими помои, а нюхальщики считают опиумщиков ебанатами, сжигающими себе лёгкие. Но есть немало «интернаркоманистов», употребляющих и то, и то. И эти одинаково презираются обоими «лагерями».

Существуют также курильщики синего порошка, но таких мало, потому что считается, будто нюхать — это ещё вполне ок, а вот курить — это клиника и социальное дно. А по мне, без разницы, что так, что так — ебаные наркоманы…

Зашёл я, чисто ради расширения кругозора, в парочку наркоманских притонов и картиночка там жуткая — десятки существ, ранее называвшихся людьми, лежат на кушетках или просто на полу и курят опиум через длинные трубки или сидят за столами и выкладывают дорожки из порошка.

Жестом останавливаю очередную маман, пожелавшую предложить мне шлюху, комнату или порошок. Но хуй там плавал…

— Девочку, комнату, порошок? — спросила она.

— Нет, — вздохнул я и прошёл мимо неё.

Прохожу мимо игорного притона и останавливаюсь, чтобы посмотреть, что там творится.

Самой популярной игрой в Юнцзине является маджонг — это азартная настольная игра, с костяшками, чем-то напоминающими домино, но с правилами, подобными покеру. Я в маджонг играть умею, но никогда не играл в него на деньги — всё-таки, в Храме у нас был коммунизм, то есть, денег нет и всё бесплатно, особенно пиздюли…