Им оказался седеющий мужчина с живыми чертами лица, прямым длинным носом и таким выражением во взгляде, словно ему только что рассказали анекдот, над которым неприлично смеяться вслух. Одет он был в ничем не примечательные штаны и куртку, из-за чего окружающие приняли бы его за обычного пилота дряхлого суденышка, зарабатывающего на жизнь межпланетной перевозкой грузов в обход компаний Конгломерата. Единственной деталью, не вяжущейся с общим образом, была походка — слишком чопорная, угрожающая перейти в чеканный шаг, каким меряют площадь на параде солдаты.

Адрис склонил голову набок, наблюдая за тем, как мужчина устраивается на столе рядом с ним, игнорируя кресло.

— Мы знакомы, кажется?

— Да, сержант Толькава.

Мужчина все никак не спешил улыбаться, хотя кожа вокруг глаз покрылась сеткой морщин, заставляя его взгляд смеяться.

— Ваш голос. С ним я знаком точно. Капитан Миро? — выдохнул Адрис, лениво отдавая честь.

Мужчина также лениво ответил на это приветствие.

— Есть такая проблема у командующих судами. Никто не знает их в лицо. Выйдем на награждение к императору, так он и будет стоять, не зная, кому орден вручать, пока мы что-то не скажем.

— Ваш космический корабль не назову, но вы управляли Третьей Основной эскадрой Рамоссонии, взяв на себя полномочия командира в битве при Атласе.

— Да, и, очевидно, сделал я это очень зря. Раз теперь сижу здесь с тобой.

Адрис виновато почесал макушку. Битву при Атласе он помнил отчетливо. Многих офицеров после нее разжаловали, в том числе его самого. Как-никак, первый крупный промах империи после победоносной Хаской войны.

В поисках путей перехвата власти Конгломерата над путями добычи и перевозки топлива Рамоссония попыталась вторгнуться на нейтральные территории Атласа и захватить власть, взяв в заложницы хозяйку территорий. Но потерпела неудачу. Чтобы не давать конфликту развитие, император Рай заявил, что имперский флот вступил в битву по собственной инициативе, без его прямого приказа, что, конечно, было ложью.

— Знатно нас тогда подставили, да? — капитан Миро пригладил усы. — Что может быть хуже для солдата, чем оказаться осужденным за самоволку, окончившуюся смертью товарищей? Ладно, это дела минувших дней.

Адрис почувствовал, что Миро сказал далеко не все, что хотел.

— Вы сейчас работаете в контрразведке? — уточнил Адрис, окончательно лишив капитана возможности вернуться к обсуждению битвы при Атласе.

— Да, стараюсь.

— И как вам? — Адрис соскочил на пол, заложил руки за спину и наклонился влево-вправо, разминая спину. — Выглядите хорошо. Так сразу и не скажешь, что снятие вас с должности командующего кораблем оказалось наказанием.