На крыльцо выходили жены. Света несла Аню, завернутую в одеяло по самый нос, Маша несла Витю, одетого в крошечный тулупчик, из которого он норовил вылезти. Следом вышла Маруся с корзиной, куда поместилась бы еще пара эвакуированных.
— Зелья и кое-что от меня лично, — перехватила она мой взгляд и прикрыла корзину полотенцем, из-под которого блеснула сталь. — В Москве, говорят, нынче неспокойно.
Маша задержалась на нижней ступени. Вопросов в ее глазах не было, все ответы она прочитала по моему лицу.
— Муж, надеюсь, мне не придется плакать? — она поправила мне воротник и на секунду прижалась лбом к моей груди. — Вернешься, и будем целыми днями смотреть фильмы. Все, иди. И попробуй только не вернуться.
Света коснулась губами моей щеки, Аня из одеяла ухватила меня за палец, а Витя, воспользовавшись всеобщим прощанием, почти выбрался из тулупчика. Я обнял всех четверых разом, вдохнул запах детских макушек и отступил, пока руки еще слушались.
Колонна тронулась к портальной площадке, и я смотрел ей вслед, пока задний борт не пропал за поворотом.
— Я направила уведомление Бердышеву, — подала голос Лора. — У него регламент по обеспечению безопасности твоей семьи. Кстати, все хотела спросить, когда мы заберем Риту из кабинета?
— Да, — улыбнулся я, смотря на пустую дорогу, — действительно, забыл…
* * *
Гул с юга нарастал. Лора развернула канал связи. В ухо ударил звук битвы: слитный рев тысяч глоток, размеренные залпы орудий и хохот, который не спутаешь ни с каким другим.
— Мишка! — голос Валеры перекрывал канонаду без всякого усилия. — Ты вовремя, у нас тут весело! Говори быстрее, а то очередь подходит.
— Валера, солдаты прикрывают отход и выводят мирных, дальше рубеж держат питомцы, Роза с Нахимовым и вы. Я ухожу к Двери. И еще, Валера, если со мной…
— Ой, слышь, завали а? Ты, смотрю, начал раскисать? Не стоит этих сантиментов! Почему твоя голубоволосая дама тебя не успокаивает? Лора, дай потрогать ему грудь!
— Н-да… Боги… Ты любой драматичный момент испортишь, болван, — хмыкнула она.
— Какой есть!
— Валера… — улыбнулся я. — Можно не сдерживаться.
На том конце ненадолго стало тихо, если не считать канонады.
— Не сдерживаться, — повторил он, по голосу было слышно, что мои слова ему нравятся. — Мишка, ты знаешь дорогу к моему сердцу. А то я в Австралии, честно говоря, скучал.
— Справишься без меня?
— Кого ты спрашиваешь? Твари слабые, их просто слишком доху… Много. Не сильно проблематично.
— Держи остров, король. Я быстро.
— Иди и не оглядывайся, — рев на заднем плане усилился, сквозь него прорезался хруст с каким лопается что-то очень крупное. — Дверью займись, а тут я разберусь. И вот еще, Мишка. Всади ему за меня разок. От короля.