Через мгновение всё было кончено. Лидер с арбалетом, так и не успевший спустить тетиву, лежал на земле с перерезанным горлом.

«Они не так просты, как кажутся, — пронеслась в моей голове холодная мысль. — Эта слаженность… они точно постоянно тренируются. Готовятся. Это воодушевляет». Я понимал, что сделал правильный выбор, придя именно сюда.

Убедившись, что угроза миновала, я вышел из тени. Минотавр медленно поднимался на ноги, отряхивая с колен пыль. Я подошёл, и показал ему свою костяную руку, он даже узнал меня, после чего кивнул, и без слов пропустил меня внутрь.

— Долго же вас ждать пришлось, — пророкотал он себе под нос, когда я проходил мимо. — Ещё немного, и я бы сам разорвал этих ублюдков на кусочки.

И почему-то, слыша его тон, я не сомневался, что он говорил это не в переносном смысле.

Внутри таверны меня уже ждала Фенрис.

— Что? Это ты, костяной⁈ Нет, хорошо, что ты здесь! — её мысленный голос был полон тревоги. — Снаружи сейчас настоящий ад. Гольдштейн словно с цепи сорвался.

Она провела меня через уже знакомую дверь в их штаб. Здесь, в отличие от прошлого раза, царила напряжённая суета. Подпольщики, склонившись над картами, взбудоражено переговаривались, собирая по крупицам слухи о союзе Гольдштейна и мэра.

Скрежет, увидев меня, сделал необычный приветственный жест сразу десятью своими лапками.

— Тоннели прочёсывают, — сказал он, словно уже догадался о моей цели визита. — Оставайся здесь, пока всё не уляжется. Ты в безопасности.

Я кивнул. Мне действительно было что с ними обсудить. Но атмосфера в подвале уже была наэлектризована.

— Говорят, Гольдштейн теперь официально под крылом мэра! — прорычал один из них, ударив кулаком по столу так, что карты местности подпрыгнули. — Заключили с ним какой-то контракт. Теперь его головорезы — почти что городская стража!

— Контракт? Чушь! — возразила горгона-механик, не отрываясь от полировки какой-то сложной линзы. — Это просто слухи, которые распускает сам орк, чтобы все его боялись ещё больше. Мэр Готорн никогда не пойдёт на открытый союз с таким, как он. Это удар по репутации. Разве тебе самому не очевидно?

— Стойте, но я действительно видела их вместе, — тихо, но твёрдо произнесла другая подпольщица, женщина с кошачьими чертами лица. — Вчера, у Мэрии. Не просто разговаривали. Гольдштейн выглядел так, будто отдавал приказы его клеркам, даже позволял себе их оскорблять, а стражники-конструкты стояли рядом и не вмешивались. Это не похоже на простые слухи.

— Вот! Я же говорил! — снова вскипел мужик. — Значит, теперь нам придётся иметь дело не только с его бандой, но и с официальной властью! Наш план по перехвату каравана становится вдвое опаснее!