Я выбрал плоский участок стены недалеко от входа. Скелеты, закончив другие мои дела, стояли рядом, ожидая новых команд. Я подошел к одному из убитых гоблинов. Присев на корточки (или как это называется, когда у тебя нет коленных чашечек?), я обмакнул костлявый палец в лужу ярко-алой, ещё не успевшей свернуться крови.

И начал рисовать.

Это было неуклюже. Мои костяные пальцы не привыкли к такому тонкому делу. Кровь стекала, размазывалась. Но я старался. Большие, яркие алые силуэты. Это мы. Скелеты. Я нарисовал их насколько смог грозными, со злыми мордами (ну, пустые глазницы и оскал). А рядом, маленькие, тусклые фигурки. Это гоблины. Я рисовал их бледными, почти бесцветными, чтобы подчеркнуть их ничтожность по сравнению с нами. И рубил их. Большие алые скелеты рубили маленьких тусклых человечков на части. Отрубленные конечности, головы, летящие в стороны.

Я даже попытался изобразить их вожака. Нарисовал маленького, жирного гоблина, пририсовал ему кривой посох. И попытался изобразить грустную морду. А вокруг его головы нарисовал петлю. Повешенный вожак. Надеюсь, он поймет. Мой посыл должен быть ясен. Мы здесь. Мы сильные. Мы вас уничтожим. И ваш лидер будет наказан. Не возвращайтесь.

Я закончил. Устал? Нет. Но чувствовал какое-то… удовлетворение от проделанной работы. Это было… креативно. И функционально. Наскальная живопись, призванная отбить у врага желание сражаться.

Я повернулся спиной к своим кровавым шедеврам. Скелеты всё так же стояли, безмолвные и равнодушные. Гоблин на моей спине тихо посапывал.

Я тыкнул его навершием своего двуручного меча.

Никакой реакции. Я тыкнул сильнее. Просыпайся, спящая длинноносая красавица зелёного цвета!

Гоблин дёрнулся. Его глаза открылись. Он уставился на меня.

Гляди что нарисовал! Эм… Как бы ему это? Как сказать? Я физически не могу говорить… Тогда попробую повернуться спиной и ткнуть его головой в стену с рисунками. Должен понять… Поймёт ведь?

Но после удара гоблин ничего не сказал. Он смотрел на меня, потом на стены. Его взгляд задержался на кровавых рисунках. Его маленькие черные глазки расширились.

И тут он начал. Сначала тихо, потом громче. Гортанные звуки, полные ярости и страха. Он ругался. Проклинал меня. Что-то про моё костяное происхождение, про огонь, про смерть.

Похоже, надпись всё же как-то работает. И гоблин её понял. Отлично. Моё послание донесено.

Я снова заткнул его навершием, чтобы не обзывался. Достаточно.

«Отряд „Пауки“, следовать за мной!»

Скелеты во главе со мной синхронно повернулись и двинулись вглубь пещеры. Маршрут в моей голове, подгруженный Сетью вместе с заданием, вел всё дальше в витиеватые тоннели. Гоблинская угроза пока отбита, но оставалась главная задача — добыть паучьи слюнные железы.