За поворотом, между двумя особенно хлипкими постройками, я наткнулся на нечто… неожиданное. Несколько гоблинов. Они были прилеплены к стене паутиной. Серые, плотные нити облепили их, обездвижив, но не убив. Их маленькие черные глазки, расширенные от ужаса, метались, пытаясь найти спасение. Выглядели как бесплатный опыт… Но почему пауки не убивают некоторых сразу же? Почему оставляют их живыми? Возможно, оставили на потом? Как запасы еды?

Я попробовал разрезать паутину мечом. Острый край клинка скользнул по серым нитям, но они плохо поддавались. Тягучие, липкие, они даже прилипали к моим костям, оставляя на них тонкие, почти невидимые волокна. Невероятный материал…

И тут в моей черепной коробке вспыхнула новая идея. Что, если я мог бы сам, подобно паукам, забросать такой паутиной авантюристов? Это здорово сковало бы их движения… Теоретически, это могло бы получиться, если бы я смог добыть её достаточно много.

А ведь у гоблинов были те огромные рогатки, в которых они выстреливали друг другом! Наверное, поместить саму паутину внутрь рогатки не выйдет, потому что она прилипнет. Но вот засунуть туда облепленного паутиной гоблина… Хм… А ведь это действительно идея! И пауков привлечёт, если гоблин будет орать, и авантюристов напряжёт, если на них прилетит живая, орущая, облепленная паутиной приманка, и, может, кто-то даже прилипнет к остаткам паутины.

Значит, рано освобождать этих гоблинов! Они послужат ещё. Но сперва пусть авантюристы вымотаются от атак пауков. Прежний план в силе: спровоцировать гоблинов бежать на авантюристов.

Я с разбегу влетел в ту самую башню. Скрипнула деревянная дверь, наспех приделанная к каменному проёму. И её интерьер оказался достаточно необычен. Стены были не просто грубо обтёсаны, как в других постройках, а имели некое подобие отделки. На полу лежали какие-то шкуры, а в углу виднелось подобие стола, сделанного из отёсанного бревна. Выглядело намного роскошнее, чем в обычных палатках. Может, здесь их вожак проживал? Впрочем, выяснять это сейчас даже не хотелось.

Я начал подниматься по кривым каменным ступенькам, ведущим наверх. Они были скользкими от сырости, и мои костяные ноги едва не проскальзывали. С каждым шагом я поднимался всё выше, предвкушая вид, который откроется с балкона.

И тут…

Я упёрся. Прямо передо мной, сжавшись в клубок, дрожал в углу своей башни сам вожак гоблинов. Тот самый толстячок с палкой, который бахвалился своим гением на арене. Его маленькие глазки, полные ужаса, метались, а тело дрожало так сильно, что, казалось, его кости вот-вот рассыплются. Рядом с ним, прижавшись друг к другу, дрожали ещё парочка щуплых гоблинов. Гоблинес, может? Эти выглядели иначе, действительно. Есть какие-то такие… «женские» черты в их внешности.