— Верно. Это скорее говорит о том, что ОНИ не умели сражаться. — Носитель Меча знаком приказал мне повторить указанный им прием. — Вне сомнения, ты можешь — и должен — гордиться собой. Гордость — эмоция положительная, она поднимет твою уверенность в собственных силах. Главное, не дать этой гордости превратиться в самоуверенность. Если такое произойдет, тебе конец.

Я парировал удар воображаемого противника рукоятью «меча», пнул его в колено, отступив на полшага влево; боккэн в моих руках описал плавную дугу, оборвавшуюся точно в сердце невидимого врага.

— А теперь попробуй то же самое со мной, — потребовал Алерон.

Я знал, что тут кроется подвох — ему-то наверняка известен ответный удар, ибо не существует универсального приема, — но не отказываться же из-за этого от шанса повысить свое мастерство! Когда еще выпадет подобная возможность?..

Ночь подходила к концу, и с первыми же отблесками зари прозрачный воздух пустыни наполнился сгустками незримого пламени.

— Я-то думал, что знаю, что такое жара, — выдохнул я, вытирая с лица пот. — Казалось бы, даже в аду побывал…

— Граница Черных Песков — место особое, — сказал Алерон. — Жара здесь такое же естественное явление, как снег в Горах Имира.

Странно. Это название он, в отличие от многих других слов, произнес правильно, без малейшего акцента. Тогда я не обратил на это особого внимания, а напрасно.

— Неужели нельзя найти для тренировок место попрохладнее?

— Можно. Но не нужно.

— Не понимаю.

— Тренировать следует не только ловкость, скорость, ум и силу. Выносливость также очень важна. Привыкнешь к жаре — начнешь тренироваться в вечных льдах, потом забудешь о голоде и жажде…

Я недоверчиво покачал головой.

— А потом, случаем, я не должен буду перестать дышать?

— Именно так, — подтвердил Носитель Меча.

Я хотел было рассмеяться, но с ужасом осознал, что он не шутит. Несмотря на жару, по спине пробежал холодок.

В недоступной глубине Черных Песков призрачным маревом высился запретный город, не имевший ни имени, ни постоянных обитателей. У городской черты были установлены колдовские ловушки, которые могли остановить любого случайного путника. Строителям города, вероятно, не приходило в голову, что в самое сердце необитаемой пустыни, где вода кипит в котле безо всякого костра, случайно никто не забредет.

Но по крайней мере один человек проник в этот город и вышел оттуда живым. Это произошло давно, почти девятьсот лет назад, когда истерлинги еще не строили городов, а жили кочевыми племенами. Человеком тем был дервиш Б’Шан, основатель Солнечного Культа. Многое было ведомо истерлингам о Солнцеликом Завете, главной священной книге этой религии (главной, потому как единственной); каждое слово было проштудировано сотнями исследователей вдоль и поперек, каждая идея — новая ли, старая ли — многократно обсуждалась, дабы все могли убедиться в ее мудрости.