Глава 1
Обжигающе горячая вода с добавлением экстрактов кусала кожу, вытягивая из мышц накопившуюся за недели тряски в карете и бесконечного напряжения свинцовую усталость. Граф Алехандро фон Вильяда с глухим, почти звериным стоном откинул голову на деревянный бортик необъятной купальни. Густой пар клубился под сводчатым потолком его личных покоев, смешиваясь с ароматом эфирных масел и запахом разгоряченных женских тел.
Всего неделя! Какая-то паршивая неделя относительного покоя после той мясорубки на севере. Вильяда приоткрыл один глаз, наблюдая, как четыре миловидные девицы, которых его управляющий выписал из лучшего заведения столицы, суетятся вокруг. Милых кицуне с их чарующими голосами и пушистыми хвостами помощники, к сожалению, так и не отыскали, слишком уж редкий товар нынче на рынке, особенно после начала войны с ушастыми. Но и эти чертовки знали своё дело туго. Тонкие, умелые пальчики одной из них прямо сейчас разминали забитые плечи графа, втирая в старые шрамы разогревающую мазь. Вторая аккуратно, чтобы не потревожить господина, подливала горячую воду из медного кувшина. Две другие готовились к основному действу в спальне, шурша шелковыми простынями.
Алехандро прикрыл глаза, но расслабиться до конца не получалось. Мозг, привыкший работать в режиме постоянной паранойи и поиска предателей, упорно прокручивал картинки недавнего доклада королю.
Королевский тронный зал. Духота от сотен восковых свечей и тяжелого парфюма придворных. И эта оглушающая тишина, когда он, бросив на мраморный пол увесистые гроссбухи, начал зачитывать цифры конфискованного и взысканного в северных баронствах. Вильяда помнил каждую физиономию в том зале. Как радостно, с показным облегчением вздыхали эти разряженные в пух и прах павлины, изображая титанический восторг от успехов Короны. И как за их фальшивыми улыбками явно читался животный страх.
Каждый из них прикидывал, когда граф-вешатель придет за их собственными амбарными книгами. Особенно ярко эта паника читалась на лицах трех старших наследников престола. Три принца, три паука в банке. Каждый из них давно имел свои интересы, свои нелегальные кормушки и карманных баронов на севере, которых Вильяда выпотрошил с изяществом мясника. Их физиономии в тот момент напоминали лица людей, разом заглотивших по ведру неспелых лимонов.
А вот король… Старик не подвел. Монарх восседал на троне, словно древний, иссохший хищник, и его глаза-буравчики светились откровенным удовольствием. Король щедро осыпал своего цепного пса золотом и такими привилегиями, от которых у придворных шакалов челюсти падали на натертый паркет. Никто, ни один из ставленников наследников, не справлялся с чистками так эффективно, а если понадобится, грязно, как это делал Алехандро.