Виртел выпрямился. Поняв, что нахрапом маркиза не взять, он попытался сменить тактику, переходя на ядовитый, покровительственный тон.

— Ладно. Оставим этого дурака Осорио. Меня интересует другое. — Принц обошел стол. — Что за шапито ты устроил вчера у себя во дворце? Какого-то безродного северного ублюдка, наемника, вырядил в барона и представил двору! И его девок… этих тварей нечеловеческих. Что за игра, маркиз? Куда ты тянешь щупальца? Я требую полного отчета по твоей агентурной работе в Лангре! Кто этот Вальядо? Какова его численность? Цели?

Вильяда смотрел на него снизу вверх. Долго, секунд десять в кабинете стояла звенящая тишина. Маркиз буквально физически ощущал, как в его груди закипает черная ярость. Этот кусок сала, ни разу в жизни не державший в руках ничего тяжелее кубка с вином и подола фрейлины, требует отчета? От него, от Ока Короля?

Маркиз медленно, опираясь руками о подлокотники, встал. Алехандро был на голову ниже грузного принца, но сейчас казалось, что Вильяда заполняет собой всю комнату.

— Вы требуете отчета? — голос маркиза упал до шепота, похожего на шорох стального клинка, выходящего из ножен.

— Да! Как наследник! — Виртел попытался вздернуть подбородок, но инстинктивно отшатнулся на полшага.

— А вы генерал, Ваше Высочество? — Вильяда сделал шаг вперед. — Может быть, вы носите военный мундир и командовали хотя бы захудалым полком на границе с тёмными?

— К чему этот бред⁈ — принц нервно дернул ворот халата.

— Отвечайте, — почти ласково попросил маркиз, и в этой ласке было обещание мучительной смерти.

— Нет! Но я…

— Может быть, — Вильяда сделал еще шаг, загоняя наследника обратно к столу, — вы входите в Малый Совет Короля? Или заседаете в Военном кабинете, где решается, куда направить войска, чтобы нас всех не сожрали к зиме ушастые ублюдки?

— Я старший сын! — срываясь на истеричный фальцет, выкрикнул Виртел.

— Вы — гражданское лицо, Ваше Высочество, — Вильяда остановился вплотную к нему. Настолько близко, что принц почувствовал запах холодной улицы, исходивший от одежды маркиза. — Всего лишь один из сыновей Его Величества. До тех пор, пока на вашу голову не возложат корону, если этот день вообще настанет, и мы все не сдохнем в побоище с тварями темных, вы не имеете ни малейшего права требовать от меня отчетов. Я подчиняюсь только Короне. Лично. А вы, мой принц, лезете не в свое дело. И если ваши жирные, проворовавшиеся шавки вроде Осорио будут мешать мне делать мою работу, я буду вешать их на каждом перекрестке столицы.

Принц хватал ртом воздух, как выброшенный на берег карп. Его глаза выкатились из орбит. Такого с ним еще никто и никогда не смел делать. Опустить лицом в грязь прямо в собственных покоях!