— Княжна Голицына, графиня Белозёрова, княжна Засекина, — голос Сигурда был хриплым, но твёрдым, — я публично оскорбил вашу честь. Бросил тень на вашу репутацию словами, которые не имел права произносить. Меня обманули, но это не оправдание. Я искренне прошу у вас прощения.
Василиса молча кивнула, её лицо оставалось бледным и напряжённым. Полина моргнула, явно не ожидавшая такого поворота. Ярослава чуть склонила голову — коротко, по-военному.
Только после этого Сигурд повернулся ко мне.
— Князь Платонов, я был неправ. Меня использовали, накормили ложью, направили мой гнев… — он сглотнул. — Вы дважды спасли мне жизнь сегодня. Сначала от убийц, потом от позора капитуляции. Я отзываю свой вызов.
По толпе прокатился шёпот.
— И прошу принять мои извинения, — добавил Сигурд. — За себя и за того, кто влил в мои уши яд.
Я помолчал, глядя на этого упрямого северянина. Переломить свою гордость давалось ему нелегко — каждое слово звучало так, будто он пережёвывал осколки стекла, но он их произнёс. Публично. Перед десятками свидетелей.
— Принято, — кивнул я. — Выздоравливайте, принц. У нас ещё будет время скрестить клинки. По-настоящему, без отравы и интриг.
Сигурд хрипло рассмеялся.
— С нетерпением жду.
Князь Голицын подошёл ко мне, когда толпа начала расходиться. Его лицо было непроницаемым, но в глазах я уловил нечто похожее на уважение.
— Как всегда, впечатляющая работа, Прохор Игнатьевич, — произнёс он негромко. — Магистр третьей ступени, неплохой фехтовальщик, а вы разобрали его за несколько минут.
— Ранг — не всё, — ответил я. — Опыт важнее.
— Несомненно. — Голицын помолчал. — Полагаю, вы не откажетесь отобедать со мной сегодня? Приватно. У меня есть несколько вопросов, которые лучше обсудить без лишних ушей.
Это было не приглашение. Это было требование, завёрнутое в вежливую форму. Князь хотел знать, о чём мы говорили внутриСферы тишины . Что я узнал. Чем теперь владею.
— С удовольствием, — кивнул я.
Ярослава подошла и встала рядом, положив ладонь на мой локоть.
— Чисто сработано, — сказала она тихо. — Что ты ему сказал?
— Потом.
Рыжеволосая княжна хмыкнула, но не стала настаивать.
Через два часа я нашёл Василису в оранжерее княжеского дворца — среди апельсиновых деревьев и экзотических цветов. Она стояла спиной ко входу, но по тому, как напряглись её плечи, я понял: она знала, что я приду.
— Нам нужно поговорить, — сказал я, запирая за собой дверь.
Глава 18
Оранжерея князя Голицына представляла собой стеклянный дворец в миниатюре — высокие арочные своды купола, ажурные металлические конструкции, сотни растений из самых разных уголков мира. Апельсиновые деревья соседствовали с орхидеями, неизвестные кусты — с розовыми цветами, а воздух был напоён влагой и душистыми, сладковатыми ароматами. В углу журчал маленький фонтан, облицованный голубой плиткой.