— Держать строй! — рявкнул Федот.

Я активировалСтальное эхо .

Заклинание потребовало изрядного количества энергии, но результат того стоил. Из воздуха соткалась моя точная копия, переливающаяся текучим металлом. Семьдесят процентов моей силы, доступные заклинания ограничены рангом Подмастерья. Час существования.

Стальной Прохор знал, что его единственная миссия защищать круг, а потому метнулся к магам, и его глефа встретила когти прорвавшейся Стриги.

А я сфокусировал своё внимание на Кощее.

Мёртвый князь надвигался неумолимо, его чёрный меч оставлял в воздухе след гнилостной энергии. Я поднял Фимбулвинтер, чувствуя, как древний клинок отзывается на мою волю холодом, от которого трескался камень.

Наши мечи столкнулись с оглушительным звоном.

— Ты не успеешь, — прошипел Кощей, чья мёртвая плоть пузырилась и шипела под едва заметным излучением Маяка Жизни. — Портал слишком силён для твоих жалких слуг.

Я не стал отвечать. Слова — пустая трата дыхания в бою. Вместо этого я обрушил на врага серию ударов, вкладывая в каждый магию льда, присущую артефактному клинку. Фимбулвинтер пел, рассекая воздух, и там, где его лезвие касалось плоти Кощея, раны затягивались медленнее обычного.

Краем глаза я видел, как круг Магистров начал светиться. Семь фигур, семь потоков силы, сплетающихся воедино. Тимур направлял энергию — я научил его этому, и сейчас он не подвёл.

Стрига прорвалась к кругу — и напоролась наКаменное лезвие моего стального двойника. Копия действовала безошибочно, прикрывая магов от каждой твари.

И всё же их было слишком много.

Жнец ударил телекинетической волной, и Мария Сомова не успела сформировать барьер. Удар отбросил геомантку к стене. Я услышал хруст костей — звук, который ни с чем не спутаешь.

— Маша! — пронзительный крик Василисы разнёсся по лаборатории.

Её близкая подруга и однокурсница, молодая женщина с волосами цвета тёмной меди и веснушчатым лицом, сползла по стене. Её глаза были открыты, но уже ничего не видели.

Ярость захлестнула меня ледяной волной.

Краем глаза я увидел, как один из гвардейцев второй волны по имени Пётр упал под тушей Жнеца. Он успел вогнать алебарду в пурпурное ядро твари, расколов его, но и чужие когти уже вспороли бойцу грудь. Кровь заливала каменный пол, превращая лабораторию в скотобойню.

Ещё одна потеря. Ещё одна жизнь, отданная за эту победу.

Я отшвырнул ЧернышёваСейсмическим импульсом , выигрывая секунду передышки. Оппонент уже поднимался, его раны затягивались на глазах — портал питал его, возвращая силы с каждым мгновением.

Я встал между ним и магическим кругом, фокусируя энергию.