— Егор, — я повернулся к своему ученику. — Твоя очередь.

Сын кузнеца молча кивнул и вышел на позицию. Я восстановил защитный контур — точно такой же, как прежде.

Сын кузнеца не принимал театральных поз и не исполнял изящных пассов. Он коротко выдохнул, сжал кулак и резко раскрыл ладонь в направлении цели, одновременно произнося единственное слово — короткое, отрывистое, функциональное. Никаких лишних движений, никаких декоративных элементов. Только то, что необходимо для формирования заклинания.

Контур лопнул мгновенно.

— Девять секунд.

Тишина повисла над площадкой. Я видел, как Одинцов побледнел, затем покраснел, затем побледнел снова. Остальные студенты-аристократы переглядывались с нескрываемым недоумением.

— Кто-нибудь понимает разницу? — спросил я, обводя группу взглядом.

Молчание. Аристократы-новички переглядывались, не решаясь заговорить. Егор стоял с непроницаемым лицом — он-то знал ответ, но ждал, давая возможность другим.

— Можно мне? — раздался голос из задних рядов.

Я повернулся. Пётр Вдовин шагнул вперёд. Десятилетний мальчик с серьёзными не по годам глазами — хайломант, чей отец погиб по вине Гильдии Целителей. Он занимался по тому же графику, что и остальные студенты, но на практические занятия приходил вместе со старшими ребятами, пытаясь понять то, что пока не мог повторить.

— Говори, — кивнул я.

— Павел тратил энергию на форму, — произнёс Пётр, старательно подбирая слова. — На красивые жесты и длинные формулы. А Егор — только на результат. Всё остальное — лишнее.

— И почему это важно? — спросил я.

Мальчик на секунду задумался.

— Потому что в бою нет времени на красоту, — ответил он тихо, но твёрдо. — Иногда может не хватить секунды.

Тишина стала осязаемой. Я видел, как несколько студентов-аристократов посмурнели.

— Верно, — произнёс я, положив руку на плечо мальчика. — Техника Павла безупречна с точки зрения классической школы. Правильная форма, правильные жесты, правильное распределение энергии. Именно так учат в лучших академиях Содружества. Идеально для экзаменов, впечатляюще на приёмах и балах.

Я сделал паузу, давая словам осесть.

— Но мы не на экзамене и не на балу. В реальном бою — в настоящем бою — красота убивает. Каждая лишняя секунда на «правильный» жест означает когти в горле. Бездушным плевать на вашу форму. Им плевать на традиции. Им плевать на то, сколько поколений вашей семьи оттачивали эту конкретную позицию.

Одинцов выступил вперёд, и на его скулах заиграли желваки.

— С позволения Вашей Светлости, — произнёс он с плохо скрываемым раздражением, — мой отец учился у лучших мастеров Костромского княжества. Традиция важна. Она проверена временем.