— Это… нереально, — наконец выдавил Одинцов. — Такое развитие противоречит всему, что известно о магии. Даже самые талантливые маги…

— Только в этой академии, — перебил я, — изучают поглощение Эссенции по моей методике. Методике, которая значительно форсирует развитие молодых магов.

Я сделал паузу, позволяя словам дойти до каждого.

— А это, как должно быть очевидно даже самому наивному человеку, секрет из той категории, за которую убивают. Любое княжество Содружества отдаст целое состояние за такие знания. Маги пойдут на любые меры, чтобы их заполучить. Могущественные рода устроят полномасштабную войну.

Я обвёл группу тяжёлым взглядом.

— Клятва нужна не для того, чтобы унизить вашу гордость. Она защитит информацию от любых посягательств — пыток, угроз, подкупа, шантажа. Чтобы защитить вас же — и всех, кто учится рядом с вами.

Аристократы-новички начинали понимать. Я видел это в их глазах — растущее осознание того, что Угрюм не был провинциальной деревенькой, куда их сослали за грехи предков. Это было место, где происходило нечто невозможное, нечто способное перевернуть весь магический мир Содружества.

Одинцов стоял неподвижно, переваривая услышанное. Надменность ещё не исчезла с его лица полностью, но трещина в ней расширилась. Семя было посажено, и теперь оставалось только ждать, прорастёт ли оно во что-то стоящее.

— Повторим упражнение, — произнёс я, восстанавливая защитный контур. — Павел, попробуй ещё раз. Без лишних движений. Думай о результате, а не о форме.

Юноша медленно кивнул и занял позицию. В этот раз в его глазах горело нечто новое — не уязвлённая гордость, а настоящий интерес. Желание понять. Желание научиться.

Возможно, из него всё-таки выйдет толк.

* * *

Владимир встретил меня непривычной суетой. Улицы, ещё полгода назад казавшиеся сонными и запущенными, теперь кипели жизнью. У пристани Клязьмы выросли новые склады — добротные кирпичные постройки с широкими воротами, рядом с которыми разгружались баржи с товарами. Торговые ряды расширились почти вдвое, заняв соседние улицы, и между лотками сновали покупатели в одеждах, выдававших происхождение из разных княжеств.

Я отметил караван из дюжины гружёных телег с символикой костромских купцов, остановившийся у таможенного поста. Ещё год назад торговцы из Костромы обходили Владимир стороной, предпочитая маршруты через Нижний Новгород. Теперь они тянулись сюда, привлечённые низкими пошлинами и репутацией честной торговли.

Здание Первой купеческой гильдии тоже преобразилось. Старая контора, где я вёл переговоры перед выборами, уступила место новому трёхэтажному особняку с колоннами и широкими витражными окнами. Над входом красовалась свежая вывеска с позолоченными буквами, а у крыльца дежурили охранники в форменных кафтанах.