Этьенн усмехнулся в седые усы. Негромко, почти про себя, но достаточно слышно.

— Редкое свойство для правителя, — произнёс советник с сухой интонацией. — Прямой ответ на прямой вопрос. В нашем зале, князь, подобное услышишь нечасто.

Хранительница снова повернула голову на полсекунды, и Лавалле умолк с тем же послушанием, с каким перед этим умолкла Бижики. Советники у неё были дрессированы. И каждый по-своему ненавидел её за эту дрессировку. Интересная картина.

— Третий вопрос, — Мари-Луиз чуть подалась вперёд. — Если мои источники незаблуждаются и в том, — в её голосе прозвучала неприкрытая ирония, — то в настоящий момент вы владеете шестью княжествами и собственным Бастионом. Человек вашего калибра для заключения торгового контракта обычно отправляет торгового представителя, вы же приехали лично. Мы оцениваем это как жест уважения, и благодарим. Вместе с тем это необычно. Что привело вас в Детройт, кроме нашей продукции?

Хранительница нашла нестыковку быстрее, чем я рассчитывал. Отправить своего представителя было бы естественно. Приехать лично — значит дать противнику повод искать вторую причину. Текумсе-Дюваль её уже искала. Оставалось решить, сколько правды озвучить, чтобы закрыть её вопрос, и сколько удержать.

Я выдержал её взгляд.

— Для меня это стратегический вопрос, Мари-Луиз. Сумеречная сталь — уникальный ресурс моего княжества, и решение о первой отгрузке за океан я не доверю посреднику. Далее, с детройтским оружием я знаком не по каталогам. Примерно два года назад меня попытались убить в лесной засаде гранатами «Дракон-ТБГ-1». Я, как вы видите, выжил. Позже трофейные Драконы из той же партии выручили моих бойцов, когда на мои земли пришёл Гон. Одним выстрелом мы накрыли двух Жнецов и сотни рядовых Бездушных.

Я выдержал паузу, позволив сказанному осесть.

— Ваш арсенал работает. Я видел это с обеих сторон баррикад, и выпускать своих людей в бой хуже вооружёнными, чем их противник, больше не намерен. Решение о том, чем вооружать свою армию, принимает правитель, а не торговый представитель. Это вопрос не тактики, а стратегии, и делегировать его я не намерен.

Собеседница кивнула, согласившись с моей логикой.

— Последнее, я привык смотреть в глаза своим партнёрам до того, как подпишу контракт. Лично. Это единственный способ, при котором я могу быть уверен в том, с кем имею дело.

Ответ был правдивый в своей поверхностной части, и Хранительница это услышала. Глубже она копать не стала, во всяком случае, при свидетелях.

Углы её губ дрогнули. Улыбка — тонкая, почти невидимая, адресованная скорее себе, чем мне.