— Хорошо. Всем спокойной ночи.

Вышел на улицу. Вечерело, солнце клонилось к закату. Жара спала, подул легкий ветерок. По улице шли люди, торопились домой после работы.

Я зашагал по Заречной в сторону центра. До гостиницы идти минут двадцать неспешным шагом.

Шел, обдумывая предстоящий разговор. Что спросить у Баташева? Какие условия выдвинуть? Главное не соглашаться сразу, торговаться, выбить себе лучшие условия.

Пять тысяч рублей большие деньги. Но половина прибыли это справедливо? Может, потребовать больше? Или наоборот, согласиться на меньшее, но получить полный контроль над производством?

Надо послушать внимательно, что предложит Баташев. Потом решать.

Прошел мимо губернского правления, там уже темные окна, чиновники разошлись по домам. Свернул на Киевскую улицу. Впереди показалась гостиница, двухэтажное здание с вывеской.

Окна первого этажа светились, трактир работал в полную силу. Народу внутри много, слышны голоса, смех, звон посуды.

Я поднялся на крыльцо, вошел. В прихожей пахло щами, жареным мясом, табаком. Справа дверь в трактир, оттуда доносился гул разговоров. Слева лестница наверх. Прямо стойка, за ней сидел молодой парень в жилетке, тот самый, что всегда тут дежурит.

Увидел меня, вскочил:

— Добрый вечер, ваше благородие! Александр Дмитриевич!

— Добрый вечер. Хозяин на месте?

— Сейчас позову!

Парень побежал куда-то в глубь здания. Вернулся через минуту, за ним шел Терентий Савельевич Савельев, хозяин.

Увидел меня, расплылся в улыбке:

— Александр Дмитриевич! Вот и вы! Здравствуйте, здравствуйте! Рад видеть!

Он подошел, крепко пожал мне руку.

— Здравствуйте, Терентий Савельевич. Мне нужна отдельная комната. Для переговоров. На час-два.

— Конечно, конечно! Есть хорошая комната на втором этаже. Тихая, удобная. Стол, стулья, лампы. Чай подать?

— Подайте. И что-нибудь перекусить. Закуски легкие.

— Будет, будет! — Терентий Савельевич хлопнул в ладоши. — Пирожки свежие, ветчина, сыр, огурцы соленые. Водочки поставить?

Я задумался. Водка на переговорах может помешать, голова затуманится. Но с другой стороны, может Баташев не откажется выпить.

— Поставьте. Но немного. Графинчик небольой.

— Хорошо! — Терентий Савельевич вдруг осекся, посмотрел на меня внимательно. — Александр Дмитриевич, а вы помните, мы с вами о каретах разговаривали?

Я кивнул:

— Помню. Вы хотели, чтобы я еще одну такую же сделал. Даже не одну, а побольше, если получится.

— Вот-вот! — Хозяин оживился, глаза заблестели. — Только теперь у меня идея получше появилась! Я тут мастера одного нашел, Артемия Скобова. Каретный мастер, опытный, руки золотые! Тридцать лет кареты делает, экипажи всякие. Раньше у помещика работал, теперь на себя трудится, заказы берет. Хотя в последнее время у него трудности, мало кто ему заказывает.