Я развернул на верстаке свой эскизный проект станка.

— Вот, господа мастера, — начал я. — Задача — собрать эту машину. Основа — дубовая. Привод — ножной. Скорость вращения диска…

— Тысяча оборотов? — прервал меня Федор, ткнув мозолистым пальцем в мои расчеты. Он усмехнулся. — Да твои деревянные шкивы, парень, разлетятся в щепки через минуту такой пляски! Тут чугун лить надо, да потолще.

— Чугун даст слишком большую инерцию и вибрацию, — спокойно возразил я. — Нам нужна легкость. Шкивы будут из выдержанного бука, но укрепленные вот так, — я быстро набросал схему, — стальными обручами. А ремни — не простые, а из сыромятной кожи, вываренные в воске, чтобы не тянулись.

Механики переглянулись. В их глазах читалось недоверие.

— А это? — подал голос второй, Степан. — Винт такой точности… Такое, может, в Англии и делают, да и то секрет. Где ты нам такой взять прикажешь?

— Супорт. Мы сделаем его сами, — ответил я. — Точнее, вы сделаете, а я покажу, как.

Это было уже слишком. Федор откровенно расхохотался.

— Князь, — обратился он к Оболенскому, игнорируя меня. — Ваше сиятельство, вы уж простите, но мальчишка ваш начитался заморских книжек. Он просит нас построить то, чего и в природе не бывает. Мы люди простые, мы делаем то, что работает. А это… — он пренебрежительно махнул рукой на мой чертеж, — это фантазия.

Оболенский нахмурился. Я видел, что он начинает сомневаться. Его вера в меня была основана на «чуде» с сапфиром, но здесь он столкнулся с мнением двух лучших практиков столицы.

Кажется слова здесь бессильны. Нужна была демонстрация.

— Хорошо, — сказал я. — Давайте решим одну, самую простую задачу. Вибрация.

Я подошел к небольшой стальной наковальне, стоявшей в углу. Взял молоток и ударил по ней. Раздался чистый, долгий, звенящий звук.

— Звенит, — констатировал я. — Это и есть вибрация. Энергия удара не гасится, а заставляет металл колебаться. А теперь…

Я взял кусок толстого войлока, который заказал накануне, подложил его под наковальню. И ударил снова. Звук был глухим, коротким, мертвым.

— Не звенит, — я посмотрел на механиков. — Войлок погасил удар. Вот что я предлагаю, — я вернулся к чертежу. — Все узлы станка мы установим не прямо на станину, а через вот такие многослойные прокладки из войлока и кожи. Мы заставим дерево и кожу «съесть» любую дрожь.

Механики замолчали. Этот простой, наглядный эксперимент был для них убедительнее любых расчетов. Они увидели не фантазию, а инженерную логику.

— А с винтом… — начал я, но понял, что моих знаний из будущего недостаточно. Я не помнил точных составов сплавов, которые использовали для подшипников скольжения. — Ваше сиятельство, мне нужны книги. Все, что есть в библиотеке Академии Наук по металлургии и механике. Особенно труды Нартова и Кулибина, если есть, конечно.