— А что тут делает 412 штурмовой? — удивления в прокуренном голосе было довольно много.

— Во главе с майором Смоллеттом после предательства генералов перешёл на сторону монархии Ярра! Мы — за Ярр и новую Конфедерацию, а вы?

За баррикадой послышалось шевеление и бормотание.

— Выходит — за Протекторат!

— Идею, стало быть, предали, а эполетам служите?

— Да ты хоть назовись, кто ты — такой умный?

— Я-то? Я Гарри-со-Шрамом! Из команды сержанта Эрми! Может, слыхал? Сам-то кто будешь?

— Капрал Итон! Так мы что — точно в системе Суатоллы? Я тебя знаю, Гарри-со-Шрамом, и я тебя спрашиваю — мы правда воюем с Ярром?

Гарри обернулся к абордажникам с «Одиссея» и развёл руками. Ситуация была идиотская. Гай хотел сплюнуть — но вовремя подумал, что наблюдать плевок на забрале шлема будет большой глупостью. И усилием воли сдержал руку, которая уже тянулась, чтобы почесать затылок.

— Капрал Итон! Говорит Гай Джедидайя Кормак, монарх Ярра! Вы пришли в мои владения, чтобы отобрать то, что принадлежит мне — и я теперь воюю с вами, да!

— Мазер факер! — раздалось из-за баррикады. — С нами король воюет. Мы в дерьме, ребята… Хайтауэр нас кинул! Дайте мне наш общий канал!

Происходило что-то странное. По всему получалось — солдаты понятия не имели, куда их направили, кого бомбят корабли и кто им противостоит.

— Эй, твоё величество! Что будет со штурмовиками, если они не станут воевать с вами? Нас тут три неполных полка, в качестве десанта и абордажников… «Псы» и «Канюки» тоже не горят желанием воевать с вами — это уж точно. Ну а чтобы «Зубры» и «Кабаны» палили друг в друга — для этого нужно нечто большее, чем паскудство флотских ублюдков с эполетами!

— Могу обещать, что мои парни не будут стрелять в тех, кто бросит оружие. После боя — если мы победим, у вас будет возможность отправиться на все четыре стороны или остаться на Ярре…

— Тогда я пас! Это будет предательством — убивать флотских, хоть они и подложили нам здоровенную свинью, но и сражаться с Крюгером и Смоллеттом мы не намерены! — капрал перебросил бластер через баррикаду. — На хрен это дерьмо!

Оборона эсминца посыпалась. Штурмовики слили ключевые точки, члены экипажа — без бронескафов и тяжёлого вооружения мало что могли противопоставить Боевой гвардии Ярра. После блиц-допроса капитана эсминца выяснилось: пехоту и вправду держали в неведении. Хайтауэр был уверен, что демонстрации силы вполне хватит, чтобы вернуть Дезерет. И штурмовики должны были занять станцию и подготовить её к обороне и транспортировке. В конце концов, даже если бы конфликт перешёл в горячую фазу — корабельные орудия должны были стать решающим аргументом.