С другой стороны коридора, прислонившись к выступу стены, застыла короткостриженая леди из поезда. Её кнут был свёрнут на поясе, а во взгляде, устремлённом на меня, печаль мешалась с разочарованием. Так смотрят на нашкодившего питомца, понимая, что за совершённый поступок тот должен понести наказание — вне зависимости от того, как сильно его любишь.
Четвёрку персональных всадников Апокалипсиса завершала Алиса. Она застыла на дальнем плане, полностью преобразившись в покорную лэй. Оружие из её рук пропало, сменившись подносом с какими-то бутылочками. Вряд ли кто-то из присутствующих, кроме меня, мог распознать в ней опасность и то жадное желание, с которым она следила за каждым из специалистов, надеясь узнать о здоровье Тинхе что-то новое.
— Что ж, рад оказаться неправым, — на правах главного сообщил Альдер, стягивая очки, чтобы вложить их в нагрудный карман. Обращался он не ко мне. — С выводами, конечно, спешить рано, но это явно прогресс. Искренне поражён вашими познаниями в тонкостях преодоления адаптационных кризисов Странников. Процедуры релаксации можно заканчивать. Ваш прогресс налицо.
Гера отвёл взгляд, будто эта похвала вызвала у него раздражение. Адаптолог продолжал:
— Леди Дробь, примите мою благодарность и благодарность моих коллег за это вмешательство. Мы не могли и надеяться, что сумеем без потерь преодолеть этот кризис. — Он кивнул, признавая одну ему понятную истину. — Но, несмотря на позитивный и своевременный результат, вы нарушили волю Тинхе и его персонального адаптолога. Вы проникли в сектор без разрешения. Вмешались в адаптацию. Вступили в контакт с подопечным Дома Адаптации, не имея установленного согласия. Из чего следует, что мы обязаны вас задержать для дальнейшего выяснения обстоятельств.
Я было сделала шаг назад, но бежать было некуда — путь с другой стороны перекрывала леди из поезда. Медленно вернув ногу на место, я праведно возмутилась:
— Уверены, что без разрешения? Из ваших слов, специалист Альдер, выходит, будто посещение одобрили лично вы. Иначе как бы я зашла так далеко и задержалась так надолго?
Мужчина удивлённо вскинул брови:
— Мы вам не препятствовали, но это не отменяет запрет. Вы посягнули на свободу выбора подопечного адаптации.
Обвинение звучало паршиво. Я говорила, что самое важное в Золотой Оси — это жизнь лэйтарца? А о том, что свобода выбора здесь может трактоваться как синоним этой самой жизни?
— Тогда вы все — соучастники, — огрызнулась я, ловя взгляд Геры. — Всех за собой утяну! — Это было личным обещанием, и уже чуть более общим: — Вы в своём уме? Если Тинхе помогло моё присутствие, о чём вообще речь? Слышали о такой вещи, как оправданный риск? Или хотя бы о том, что победителей не судят?