Влад взял одну из книг в руки и приподнял над головой.
— Спрашивай, и, если посчитаешь, что я не честен, стреляй не в книгу, а сразу в башку.
— Ты сам напросился.
— Я все, конечно, понимаю, — раздался голос Игоря Сергеевича из машины.
Он опустил боковое стекло и высунул голову.
— Но вы, кажется, собираетесь меня сейчас оставить без работы. Я все-таки начальник вашей службы безопасности, прекратите, идрить колотить, эти игры.
— Не нервируй, Игорь Сергеевич, промахнусь еще не дай бог. А теперь ты, — сказала я Владу. — Вопрос первый. Как долго все продолжалось с Линдой?
— Недолго, — тут же ответил Влад.
— Сколько? — спросила я жестко.
— Я точно не помню, но кажется раза три. И всегда я был как-то сильно пьян или… Не могу даже объяснить.
— Не оправдание, — перебила я его.
Я глубоко вдохнула, выдохнула, почувствовав, как разливается в груди пожар, и, поймав промежуток между ударов сердца, нажала на курок.
Бахнул выстрел. Книга вылетела из рук Влада. Он только дернул в удивлении бровью, словно до конца не верил, что я выстрелю.
— Лиза! — начбез уже орал из машины.
— Не мешай, Игорь Сергеевич — это приказ! — рявкнул на него Влад и взял следующую книгу.
— Почему именно Линда? — задала я очередной вопрос.
По лицу Влада пробежала судорога, будто бы от боли, от смеси отвращения и стыда. Мне это понравилось. Но и это не оправдание.
— Так почему именно Линда? — переспросила я.
— Сначала она наставляла меня, и это здорово ставило мозги на место. Я чувствовал себя чужим среди всех этих успешных, богатых, уверенных в себе людей. Я чувствовал себя выскочкой, деревенщиной, неотесанным.
Я подняла брови. По Владу не скажешь ничего такого. Он всегда держался сильным, непререкаемым авторитетом. Как же я упустила эту его внутреннюю шаткость?
Влад продолжал:
— Можно сказать, она учила меня быть богатым, вести себя соответственно. Я был растерян, а она подсказывала, и это работало. Нет, я не думал о ней, я не хотел ее, как женщину. Но ее хотели все вокруг меня. Все словно ждали, заполучу я ее или обломаюсь. Они писали об этом в светских каналах. Они вечно намекали, сводили нас, шутили о нас. Звучит глупо, знаю. Я даже не могу вспомнить, как было в первый раз.
Меня тряхануло. Я чуть было не пожалела, что захотела узнать ответы на эти вопросы. К горлу подступил горячий комок, который никак не получалось проглотить.
— Лиза, если ты промахнешься, мне не страшно. Я — мудак, но я не могу без тебя. Мне все равно на эту чертову жизнь. Я готов расплатиться за свою ошибку.
Что он несет? Черт, почему мне стало плохо видно, щеку щекотят слезы.