жались к стволу его дерева, жадно глотая смог, и количество детей, которых Карл теперь мог съесть, просто не уместилось бы у него в животе. А когда на улице потеплело и дерево зацвело, стало и того проще. Огорчало лишь то, что ему теперь даже не нужно было притворяться фруктом. Это осознание сокрушило Карла. Ему нравилось притворяться грушей. Ему так нравилось быть грушей, что в итоге он и правда стал считать себя грушей. Кто бы сказал ему, что это не так? Карл понял, что хочет быть грушей, точно так же, как многие люди хотят не просто делать свою работу, но быть ею. Карл был грушей и всегда ею останется, как бывшие юристы навсегда остаются юристами. Карл размышлял об этой реальности, наблюдая за прохожими. Он видел строителей, учителей, водителей и поваров, и ему было очевидно, что некоторые из них были людьми с работой, а некоторые – людьми, ставшими своей работой. Был ли Карл змеем-грушей? А может, он был грушей, которая выглядит как змей? Если его разрезать, что окажется внутри? Змеиная плоть? Кровоточащие зеленые внутренности? Нет. Карл точно знал, кто он. Он был уверен, что внутри него лишь белая сахарная плоть. Плоть, которую можно приготовить, сделать из него желе, нарисовать или просто нарезать. Плоть, которая во ртах у детей становится мягкой и сочной. Так Карл начал фантазировать о том, как его едят. Сначала это были лишь фантазии, но затем он задумал позволить первому же ребенку его съесть. “Я больше не змей, похожий на грушу, – подумал он. – Я просто ядовитая груша”. Белки и пауки, живущие в квартале, считали Карла помешанным, считали, что весна свела его с ума. Но Карл все же довел дело до конца. Как-то утром к дереву подошел мальчик лет восьми и сорвал Карла. Тот не шелохнулся, оставшись в своей привычной грушевидной форме, и неподвижно наблюдал, как мальчик укусил его, проглотил яд и умер прямо на улице, все еще держа “грушу” в руках. Карл лежал на тротуаре, разгрызенный надвое, и был счастлив, что его увидели и поняли именно таким, каким он был: ядовитой грушей. Но разве Карл не был также и всего лишь змеем? Всего лишь змеем, который пытается проявить свою смекалку и отыскать достойный способ поесть, а по вечерам оставить немного времени для болтовни с соседями. Так, Карл был и не был тем, кем хотел. Пока змеиная кровь вытекала из его змеиного тела, вокруг столпились пауки, белки, жуки, крысы и бродячие кошки. Они смотрели на Карла и оплакивали его, и в нем они видели сладкий мясистый плод, фрукт, содержащий семена, простую пищу, которую