— Сам реши быть чудовищем, что терзает души? — спросил я. — Но ведь эти грешники смогут после перевоплотиться и отправиться в мир богов. Тебе же этого не светит.

— Верно, — прорычал Аол, вытирая тыльной стороной ладони слюну, стекающую с клыков. — Но терпеть муки и издевательства несколько сотен лет я не намерен. Да и потом, что здесь такого? — раскинул руки. — Я вполне доволен тем, что делаю. Хотя, наверное, на других кругах Дзигоку было бы интереснее.

— Так и шёл бы туда, — хмыкнул я в ответ.

— Хех, наивный человечишка, — сказав это, Аол медленно двинулся в сторону. Видимо, понял, что просто так на меня нападать не имеет смысла. — Думаешь, всё так просто? Я стал демоном этого круга и не имею права уходить на другой, — снова оскалился, показывая длинные клыки. — Год за годом души грешников движутся к центру своего круга, чтобы там воспарить в мир богов. Я же должен помочь им стать чище. Так что, считай, я творю благое дело.

Сразу два камня полетели в мою сторону. Я успел прикрыться щитом, но как только они упали наземь, рядом уже оказался монстр и одним лишь пинком отправил меня в полёт по заснеженной пустыне. Проскользив несколько дзё, мне удалось остановиться и подняться. На губах чувствовался металлический привкус. Холод проникал под одежду лишая руки и ноги подвижности. А лохматое чудовище довольно смеялось, неспешно двигаясь в мою сторону.

— Во-первых, я не знаю, где проход на следующий круг, — говорил Аол. — Во-вторых, даже если б знал, то не сделал бы этого. Стоит кому-то из демонов шагнуть на чужую территорию, как это будет расцениваться, как попытка к бегству. А ты знаешь, что делают с беглецами? — подошёл вплотную и, схватив меня, словно мелкого грызуна, поднял перед собой. — Их карают, подкидыш. Жестоко карают. Лишают демонической силы, превращают в обычного духа, бросают на круг ниже, чем он должен был быть изначально, и удваивают срок!

— Вот как? — хмыкнул я, глядя в наглую рожу. — Спасибо, приму к сведению.

Монстр удивлённо распахнул все три своих глаза, не понимая моего оптимизма. Но в ту же секунду взвыл от боли, отпрянув назад. Я же приземлился на снег, а рядом со мной упало три когтистых пальца.

— В чём дело, Аол? — теперь уже я медленно двигался к ревущему противнику. — Неприятно осознавать, что ты неудачник? Думаю, если б ты слушал, что говорили обо мне, то смог бы запомнить мою тактику.

Монстр рыкнул и врезал целым кулаком, но я лишь повернулся боком и пропустил атаку совсем рядом. И стоило его кулаку опуститься на землю, нанёс пару колющих ударов. Противник разразился новым рёвом и ловко отпрыгнул в сторону, кривясь от боли. Теперь уже обе его руки были ранены, а кровь хлестала на белый снег, превращая его в алую грязь.