Наверное, мы могли бы оказаться на главном острове с помощью портала. Но я сомневался, что Верховный так просто разрешает к нему приходить. Но мы шли, словно волна, постепенно наращивая силу. Со стороны всё казалось эффектно, но я старался не думать об этом, так как понимал, что богам верить нельзя, и всё это лишь антураж. Но это позволит мне встретиться с Верховным. Вряд ли он пропустит такое шествие. Придётся явиться самолично.

— Тсукико? — Канон шла рядом. — Понимаю, всё это выглядит глупо…

— Неважно, — видимо, наши мысли были схожи. — Но разве у Верховного нет подручных? Почему никто не преградил нам путь?

— От кого защищаться? — хмыкнула она. — Последнее убийство, что здесь произошло — это убийство Отца. Все мы братья и сёстры, и стараемся жить дружно.

— Да, я вижу, — покосился на тех, кто двигался неподалёку. — Но меня настораживает тишина. Эмма даже не старается…

И стоило мне это произнести, как над нами грянул гром. Все резко остановились и подняли головы.

— А вот и он, — прошептала Канон.

Вокруг нас зашумел ветер. В розовом небе сгущались чёрные тучи, постепенно образовывая чьё-то лицо. Хотя у меня не оставалось сомнений, кто именно покажется перед нами.

Моя команда успела добраться до широкой зелёной равнины. Остановившись на самом её краю, наблюдали, как напротив то там, то здесь появлялись новые боги. Окутанные золотистыми искрами, они смотрели на нас, как на врагов.

— Зря я, пожалуй, беспокоился о противниках.

— Мальчишка! — прогрохотал Эмма, глядя на нас сверху вниз. — Как ты посмел явиться в мой дом⁈

— Он и мой тоже! — крикнул в ответ, покрепче сжимая оружие. — Вот только дома никто не любит предателей!

— Именно! — рычал он от злости. — Поэтому Фуцунуси должен быть казнён! Он убил…

— Заткнись! — внезапно воскликнула Канон, выйдя вперёд. — Ты убил Отца и обвинил брата! Запугал всех, никто тебе не верит, даже они! — указала на тех богов, что стояли напротив под сгустившимися тучами. — Думаешь, они хотят идти против своей семьи⁈ Нет! Никто из нас этого не желает! И только ты заставляешь нас воевать! Бояться тебя, преклонять колено! Но ты не Отец, и никогда им не будешь!

Я думал, что Эмма сейчас разозлится и сотрёт нас в порошок. Но нет, всё вышло наоборот, он рассмеялся, и его смех был подобен набату.

— Дура! — пробасил Эмма. — Но ты права! Все вы ничтожные трусы и предатели! Так получите, что заслужили!

В небеса сверкнули молнии, а следом по всем островам прокатился оглушительный гром. Я скривился, но взгляд от Верховного не отвёл. А потом… потом все боги попросту упали, словно подкошенные. Даже те, что вышли защищать своего старшего брата. Он не пощадил никого, всех под одну гребёнку.