Он замолчал, и его взгляд стал пугающе холодным.

— Мир раскололся, и все стали намного злее, Ами. Но рабство в Серой Гнили... его создали не Иверийцы.

Я ошарашенно подняла на него глаза. В ушах поднялся глухой гул.

— О чем ты? — хрипло спросила я.

— Люди, запертые в нищете, первыми начали продавать друг друга, чтобы выжить, — безжалостно отчеканил Рейздан, и каждое его слово било наотмашь. — Те самые Ищейки, которые сегодня держат в страхе все трущобы, ловят девчонок и парней, ломают им жизни и везут на аукционы — это ведь не Иверийцы, Ами. Это люди. Ваши же соплеменники организовали этот грязный бизнес веками назад. Не мы превратили людей в рабов. Это ваш собственный народ сделал это с вами. Мы лишь покупаем то, что вы сами продаете.

Я застыла в шоке. Разум истошно отказывался верить, но я прекрасно понимала: он говорит правду. Это были не бессмертные монстры. Это наши собственные люди из Гнили ради мешка крупы и лишнего глотка чистой воды предавали своих же, и продавали Высшим. Омерзение к собственному роду удушливой волной подкатило к горлу, и я бессильно прикусила губу, не в силах вымолвить ни слова.

Рейздан молча наблюдал за тем, как с моего лица стремительно сходит краска. Он не торопил меня, давая этой страшной правде полностью осесть в моей голове. Наконец мужчина поднял ладонь и сделал короткий, едва заметный жест в сторону дверей. Из полумрака террасы тут же беззвучно вынырнули рабы.

— Уберите всё, — ровным тоном приказал Рейздан.

Слуги с поразительной скоростью очистили стол от серебряных блюд, хрусталя и остатков ужина, оставив скатерть совершенно пустой. Рейздан проводил их ленивым взглядом и добавил:

— И принесите шахматы.

Я оторвала взгляд от своих рук и ошарашенно посмотрела на него:

— Шахматы? Зачем?

— Хочу сыграть с тобой, Ами, — спокойно ответил он, даже не меняясь в лице.

— Я не умею, — отрезала я, упрямо скрестив руки на груди. — В Гнили не до настольных игр, там пытаются не сдохнуть до утра.

В этот момент рабы вернулись, бережно опустив на стол тяжелую, высеченную из цельного обсидиана доску и бархатную шкатулку с фигурами. Рейздан не спеша открыл крышку. Плиты террасы заливал мягкий хрустальный свет звезд, когда Лорд Целестии принялся одну за другой расставлять резные фигуры на черно-белые клетки.

— Это не сложно, — произнес он, и его длинные пальцы уверенно коснулись короля. — Послушай меня, Ами... Большинство игроков совершают главную ошибку: они проигрывают свою партию еще до первого хода. Потому что смотрят только на свои фигуры, забывая про чужие мысли.