Мы всё ещё шли по тому непримечательному коридору. Охрана осталась на месте.
— Это я предложила твою кандидатуру. Цени, — бросила Кьельберг.
— Вакансия на очистку Авгиевых Конюшен? В гробу я видал такие подарки, — проворчал я.
А сам думал. Кьельберг — набитая дура, что сейчас в политике прискорбно нормальное явление. Она отлично умеет крутиться в этом гадюшнике, но некоторых банальных вещей в упор не понимает, потому что они находятся вне её узкого девственного мировоззрения. По понятиям этой дамы нужно вовремя намекнуть продвигаемому человеку, что именно ты его продвинул, чтобы потом получать профит и стричь дивиденды. Поэтому она изображает такую лояльность. В душе, почти наверняка, от самой необходимости разговаривать с белым гетеросексуальным мужиком, от которого за милю пахнет тестостероном, полыхает так, что можно растопить весь снег на Аляске, но молчит.
По своей воле меня она привлечь не могла, но привлекла. Обмана не подозреваю, она слишком тупа, чтобы додуматься до такого хода, да и прямого профита нет, а без этого болотные слизни, вроде неё, и пальцем не пошевелят. Это значит только одно — кому-то нужно срочно решать проблемы. Очень срочно. Настолько, что даже этим бодипозитивным мизандриням, которым феминизм заменяет мозги, стала очевидна необходимость найти настоящего кризис-менеджера. Не просто кто-то, на кого можно будет спихнуть всё дерьмо, а кто-то, кто реально способен это дерьмо расчистить.
— Потом спасибо скажешь, — поставила точку Элен.
Я, наверное, начинаю понимать, на что именно меня подписывают. И от этого становится ещё грустнее.
10 апреля 2008 года. Инцидент в маленьком городке Грин-Ривер, мальчик по имени Дэвид, двенадцать лет, белый, обрёл паранормальные способности. Одиннадцать трупов, полсотни пострадавших. 11 мая 2008 года. Инцидент в Хэмпшире, девочка по имени Элис, четырнадцать лет, белая, потомок немецких иммигрантов в пятом поколении, обрела паранормальные способности. Сто девятнадцать трупов, пара сотен пострадавших. Живая иллюстрация к книге «Кэрри». 23 июня 2008 года. Инцидент в Нью-Йорке, мальчик Сэм, четырнадцать лет, чёрный, бабушка приехала вместе с его на тот момент маленькой матерью из ЮАР, обрёл паранормальные способности. Трупов нет, пострадавшие исчисляются несколькими десятками тысяч. Прогрессивная пресса уже успела окрестить Элис жертвой деспотичных родителей, Сэма жертвой расистов-одноклассников, а Дэвида маленьким ублюдком, заслуживающим электрического стула.
И плевать, что Дэвид как раз причинил меньше всего ущерба, это уже сущие мелочи. Проблема была в том, что мир разделился на «до» и «после». Ящик Пандоры открыт, первые трое носителей суперспособностей заявили о себе. По имевшейся у меня информации Элис способна применять телекинез или некий его аналог, Дэвид — практически неуязвим и силён, а Сэм способен метать молнии. Проблема в самом их существовании. Люди с паранормальными способностями существуют. И пожелай тот же Дэвид взять штурмом Белый Дом — совсем не факт, что USSS сумеет его остановить. По этой, очевидно, причине президент гостил в Пентагоне.