— Все на площади, Ваше Императорское Величество.

— И что они там делают?

Немногочисленные гвардейцы, собравшиеся перед покоями правителя, переглянулись.

— Приносят присягу… э-э-э…

— Всё, хватит! — Громов отмахнулся. — Моя жена в бункере?

— Так точно, Ваше Императорское Величество.

— Собирай всех! — приказал он. — Пробьёмся на площадь. Как только все меня увидят, то…

Бах! Гвардеец выронил автомат и схватился за горло, а ярко-красная кровь хлынула через пальцы. Он упал, пачкая блестящий белый пол.

Остальные гвардейцы вскинули оружие и начали перестреливаться с матросами имперского флота и вооружёнными людьми в штатском.

Та-та-та!

У одного из матросов был ручной пулемёт, но его сразу сняли. Остальные залегли и открыли беспорядочный огонь. Пули вышибали пыль из белых стен, рушили статуи, дырявили портреты. На пол упал задетый шальной пулей молодой слуга, который, на свою беду, дежурил рядом с покоями правителя и ждал новых поручений, а не спрятался, как остальные.

Один из гвардейцев без всяких церемоний запихал Алексея в его покои, грубо сорвал со стены портрет императора Павла Громова и нажал кнопку тревоги.

По всему дворцу завыла сирена. Что-то взорвалось, а люстра на потолке задрожала. Вниз посыпались хрустальные шарики, падая на мягкий ковёр.

— В проход, Ваше Императорское Величество! — крикнул боец. — Идите туда! Мы будем держать сколько сможем.

Прочная дверь в покои закрылась. Снаружи по ней ударило несколько пуль, но звук был приглушённым. Перестрелка снаружи продолжалась, гвардейцы держали оборону, но их было мало, и они обречены.

— Три батальона гвардии в столице, мать их, — прошептал Громов. — И никого рядом со мной.

Дворец снова тряхнуло. Скорее всего, это танки, которые палили из пушек по стенам, не разбирая цели. На чьей они стороне, совсем непонятно, но от их взрывов страдали все.

Пора уходить. Алексей подошёл к стене и вставил камень перстня в едва заметное углубление. Книжный шкаф тут же сдвинулся в сторону, панель в стене начала отъезжать, но там…

— Взять его! — раздался приказ.

Три матроса с автоматами полезли из секретного прохода. Громов ждать не стал, а тут же побежал в ванную и заперся там. Дверь начали долбить прикладами, а дерево, не такое прочное, как на двери в покоях, сразу начало трещать.

— Вы ответите за это, — прохрипел император. — Предатели.

Он рывком расстегнул высокий ворот мундира и вытащил оттуда шёлковый шнурок. На нём был закреплён мешочек из коричневой замши, который Громов всегда таскал с собой.

Громов достал оттуда прозрачный пузырёк с очень густой маслянистой жидкостью, зажмурился и выпил. После этого скривился, держась за горло, и сипло кашлянул. Жидкость будто заморозила ему горло.