Да и мы все помнили, как под наших офицеров маскировались инфы. Они громко орали, угрожали, а молодые часовые терялись и пропускали диверсантов. Это заканчивалось плохо.

У самого входа в крепость стоял другой караул, на этот раз из императорских нерских стрелков. Но не тех, кто были с нами там на юге, а из местного гарнизона гвардии. И эти, завидев меня, тут же позвонили наверх, чтобы за мной опустили подъёмник сверху.

— Командор десанта идёт, — передали они по телефону.

Я остановился напротив них, оглядывая караул. Эти с недоумением смотрели на меня.

— Где начальник караула? — спросил я.

— А… — часовой почесал затылок. — В городе.

— Почему он в городе, а не на объекте?

— Ну…

Нет, ребята, так дело не пойдёт. Я им сейчас устрою.

— Вы что, всех пропускаете? — и когда мне не ответили, я рявкнул: — Дежурного сюда!

Прибыл дежурный офицер крепости, который, увидев, что начальника караула нет, замер и долго ничего не мог сказать от возмущения. А помощник начальника караула, зелёный сержант, никак не мог выдавить, куда делся старший.

Зато понятно, что это системные нарушения. Вот же дрянь, не военный объект, а проходной двор.

Гвардейцы злобно сверкали глазами, когда я собирался поставить на этот пост людей из роты Флетчера. Прибыл гвардейский капитан, который орал на своих подчинённых так, что брызгал слюной. Для него это было унижением, что я собирался оставить здесь своих людей, но мы нашли компромисс: на пост заступили гвардейцы, которые вместе с нами отбивались во Фледскарте. Этим снайперам я верил, видел их в деле.

Но на крепость прошли три человека без разрешения. И ещё одного, того полковника-снабженца, которому ночью что-то понадобилось на складе топлива, не пустили. Что ему там понадобилось, будет решать военная полиция.

Двое из этих троих проходили и через наш пост, они знали пароли, их отметили в журнале. Один из них — старпом Тихонов, другой — главный инженер Максимов, они имели право здесь находиться. Но кто третий, никто сказать не мог. Говорили, что это полковник имперского штаба, но его документы никто не смотрел, потому что он ругался и торопился на встречу с адмиралом.

Просто пропустили, как привыкли.

Но кое-кто нашёлся. Пока гвардейцы суетились, а караул заменяли, ко мне подошёл боец в серой пятнистой униформе десанта.

— Господин командор, — вкрадчивым голосом произнёс Крыс.

Перед тем как нас отправили на север, его перевели в госпитальную часть крепости, ведь он числился раненым. Оттуда он должен был быть перевезён в госпиталь гарнизона. Но Крыс, он же капитан Райгер из императорской службы безопасности, оставался здесь.