Танкиста было выучить проще, и танки стоили намного дешевле, но каждый из них мог легко уничтожить любую из этих махин, пробив лобовую броню в любом месте даже на огромной дистанции.

Времена меняются, что поделать, и для шагоходов своего места не остаётся. Даже огромная крепость ценится не за пушки и размеры, а за способность оказаться там, где враг её не ждёт, чтобы атаковать.

* * *

Я вылез неподалёку от базы, где села крепость. У меня ещё оставались дела с тамошним вахтовым офицером, дежурившим в ночь.

Большая часть десанта передислоцировалась в казармы к северу отсюда, но одна рота будет постоянно охранять крепость вместе с гвардией, но этот порядок надо было проверить.

На посту внешнего периметра были мои люди. Уже ночь, и просто так на территорию уже не попасть. Я слышал, как парни о чём-то тихо разговаривали. Голоса довольные, домой же прилетели, некоторые скоро увидят родных.

— Стой, кто идёт? — раздался окрик, когда я подошёл к воротам.

— Командор Климов, — я стоял на свету. — Начальника караула ко мне!

Часовой, не спуская с меня глаз, взял трубку полевого телефона. Его прозвище — Шкаф, он из роты Флетчера, и я его хорошо помнил, и он, конечно, знал меня в лицо. Но порядок есть порядок. Боец сам знает, что я ему устрою, если он нарушит правила.

Вскоре прибыл лейтенант Курякин, начальник караула. Я назвал ему пароль.

— Господин командор, разрешите доложить! — обратился ко мне офицер. — За время дежурства были следующие происшествия. Задержали одного подозрительного человека в форме полковника огранских РВС. Он не знал пароля. Сейчас он в караульном помещении.

— Дежурный на крепости поставлен в известность?

— Так точно, прибудет в течение часа!

Я не имел права отпускать офицера, да и не собирался. Какого хрена ему тут понадобилось? Хотя в душе понимал, что здесь, за тысячи километров от прошедшей войны, здесь расслабились все и наплевали на правила.

И это крайне хреново.

Толстый штабной полковник РВС Огрании возмущался так громко, что я слышал его даже на улице.

— Командор, что ваши люди себе позволяют? — он увидел меня в окошко. — Они угрожали мне оружием! Грозились застрелить.

— Вполне могли, — заметил я. — И имели бы на это полное право.

Сказав это, я собрался идти дальше.

— Командор, вы меня не освободите? — удивился полковник.

— Порядок есть порядок. Ждите.

— Но ведь…

Привыкли тут, что офицерам можно всё. А по правилам часовой не имеет права пускать даже генерала Рэгварда, если тот прибыл не так, как полагается. Так что начнём их учить начиная с этого полковника. А парни — молодцы, не оплошали.