Ликвидатор Синдиката скользнул взглядом по свёртку — тот был аккуратно перевязан синтетической нитью, обмотан стандартной изолирующей тканью. Нолан чуть прищурился, переводя взгляд на собеседника. На лице застыло ледяное спокойствие, но в глазах плескалась усталая ярость.

Он протянул руку — движение неторопливое, почти ленивое. Но в нём чувствовалось напряжение хищника, готового сорваться с места.

Планшет лёг ему в ладонь. Он скользнул глазами по содержимому — скучные строки бюрократического вранья, юридически оформляющие чужую вину как его собственную. Всё оформлено красиво и чисто. Его подпись нужна была лишь как формальность.

Он застыл, удерживая планшет на весу. На короткий миг он задумался. Один выстрел, один взмах руки — и вся эта комедия закончится. Даже четверо вооружённых охранников по углам не спасут шерифа, если он захочет его убить.

Но…

Нолан знал, этот ублюдок не глуп. Человека, которого он ищет, наверняка спрятали. Отыскать его на огромной станции будет невозможно. А в его нынешнем положении даже гипотетическая зацепка стоила больше, чем мимолётное удовольствие от мести.

Он едва слышно вздохнул, и приложил палец к биометрическому сканеру. Загорелся зелёный индикатор — подпись зафиксирована.

— Он нужен мне через пять минут в допросной, — бросил Нолан, не поднимая взгляда, и небрежно швырнул планшет обратно на стол. Тот скользнул по гладкой поверхности, тяжело ударился об край и остановился.

Ликвидатор поднял свёрток, взвесил его на ладони, словно прикидывая, стоит ли игра свеч. Уже у двери, не оборачиваясь, прежде чем покинуть кабинет шерифа, добавил:

— И всё, что у тебя есть. Вся информация. Даже слухи.

…

Допросная камера была тесной. Низкий потолок, серые стены, плёнка тусклого света от одного-единственного источника над головой. Воздух пах металлом, потом и чем-то кислым — не то озоном, не то дешёвыми препаратами для поверхностной дезинфекции. Без окон, без вентиляции — как полагается в таких местах. Место, созданное для того, чтобы выбить из человека всё.

Мужчина дрожал, будто его вытащили из ледяного озера. Глаза бегали, лоб блестел, руки держал сжатыми в замок. Время от времени он бросал взгляд на закрытую дверь, будто надеялся, что кто-то вломится и спасёт его.

— Богом клянусь, это всё, что я знаю, — выдохнул он и сложил ладони в молитвенном жесте. — Я… я простой перевозчик. Мелкие рейсы. Частник. Я не знал…

— Повтори всё. С самого начала, — отрезал Нолан, даже не садясь. Он стоял, как скала, нависая над мужчиной, не отрывая взгляда.

Сергей — так он представился — начал говорить. Заикался. Сбивался. Каждый раз, когда голос его поднимался выше шёпота, он вздрагивал, будто боялся собственной откровенности.