В чём-то даже смешно немного получилось. Сперва мы не могли найти подходящий кораль, а теперь ждём не дождёмся, чтобы он поскорее убрался из поля зрения.
— Может, они просто патрулируют сектор после стычки, — предположил Флако, скорее для того, чтобы нарушить давящую тишину, чем из реальной уверенности. — Проверяют, не осталось ли чего интересного.
— Может, — неопределенно буркнул Барнс, не отрывая взгляда от экрана.
Я промолчал. Сейчас это было неважно. Важно было то, что мы застряли здесь, в этой ловушке из астероидов, с Пожирателем и бандой головорезов на собственном мостике.
— Кажется… кажется, он меняет курс. Медленно, но… отворачивает. Уходит из сектора, — нарушила тишину Ниамея.
И действительно, крошечная точка, обозначавшая корабль Пожирателей, медленно, очень медленно начала смещаться в сторону, удаляясь от нашего местоположения.
Еще несколько мучительных минут ожидания. Отметка Пожирателя продолжала удаляться. Медленно, но верно. Пока, наконец, не превратилась в едва различимую точку и не исчезла с экрана пассивных радаров.
Барнс медленно поднялся. На его лице играла хищная улыбка:
— Что ж, капитан, — он повернулся ко мне. — Кажется, фортуна снова нам улыбнулась. Или, по крайней мере, перестала скалить зубы.
Я молча кивнул, чувствуя, как холодеет внутри. Один враг ушел. Но главный враг был здесь, на мостике. И наше «путешествие» только начиналось.
Глава 9
«Цера» замерла в безмолвном ожидании. На тактическом дисплее больше не мерцала зловещая отметка корабля Пожирателей. Мы ждали ещё несколько долгих, напряженных минут, пока Ниамея с уверенностью не произнесла:
— Чисто. Ушли.
Ллойд Барнс, до этого словно вросший глазами в пустой сектор, наконец расслабился. На его лице снова появилась самодовольная ухмылка.
— Отлично сработано, мисс Ниамея. Не будем задерживаться в гостях. Курс на координаты нашего уютного гнездышка. Полный вперед.
«Цера» плавно развернулась, ее двигатели отозвались ровным гулом, и мы начали медленное движение вглубь астероидного пояса. На мостике царила тишина, нарушаемая лишь привычным шумом корабельных систем. Каждый из нас был погружен в свои мысли, пытаясь осмыслить произошедшее и с тревогой заглядывая в неопределенное будущее.
Холодный металл кандалов на моих запястьях не позволял забыть о моём положении.
Прошло, наверное, около получаса, когда дверь на мостик с грохотом распахнулась, и внутрь, тяжело дыша, ввалился лысый охотник — тот самый, с которым я дрался на Соунми. Лысый, крепкий, с рубцом через всю скулу, он выглядел так, будто только что пробежал сквозь пожар.