— Флако! Барнс! Там… там такое дело… Сид… всё. Конец ему.

— Что стряслось? Говори толком! — рявкнул Барнс, его самодовольство мигом слетело.

— Сид мёртв, — выдохнул он. — Началось всё на средней палубе, из-за оружия, — выпалил охотник, хватая ртом воздух. — Гражданские уперлись, не хотели отдавать. Слово за слово… ну, вы знаете. А потом… потом пошло-поехало. Сейчас всё переместилось на нижнюю палубу. Там настоящая бойня! Гражданские держат коридор, и… часть корпоратов на их стороне. Похоже, зам Маеды что-то успел отправить до того, как связь накрылась.

Он запнулся, пытаясь отдышаться.

Известие о расколе среди корпоратов и ожесточенном бое на нижних палубах прозвучало как гром среди ясного неба. Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Наш план добраться до убежища тихо и незаметно трещал по швам.

И я не был уверен, как это воспринимать — радоваться или, наоборот, пугаться. Хотя… на лицо всё-таки постепенно наползала улыбка.

* * *

Хотчкис не сразу осознал, что нарушило привычную полуденную тишину спортзала. Он спокойно сидел, прислонившись спиной к прохладной металлической стене, сосредоточенно разбирая и смазывая затвор своего видавшего виды карабина. Дверь отворилась почти беззвучно, и внутрь вошли двое бойцов корпорации. Винтовки были направлены вниз, а лица оставались непроницаемыми, словно они выполняли рутинное задание по утилизации отходов. Один из них сделал несколько шагов вперед, его голос прозвучал ровно и бесцветно:

— Оружие. Сдать. Немедленно. Касается каждого.

Хотчкис медленно поднял взгляд, его серые глаза скользнули по бронированным фигурам.

— С какой стати? — спросил он спокойно, не меняя позы. — Оно выдано по прямому приказу капитана. Разве мы не должны быть готовы к встрече с Пожирателями? Ты что-то об этом знаешь? — он развернулся к четырехрукому пареньку из команды корабля.

Он успел познакомиться с рыжеволосым парнем, когда тот заявился в зал сразу с четырьмя пистолетами, вызвав фурор среди подростков. Такой же молодой и наивный глупец. Но чем-то он бывалому вояке пришёлся по душе. Потому взялся хотя бы научить правильно обслуживать оружие, раз не получилось отговорить стрелять сразу с четырёх рук. Эх, молодость…

— Нет, — отрицательно мотнул тот головой. Заодно завёл все четыре руки за спину, пряча свои пистолеты. — Декстер не говорил сдавать оружие.

Бойцы никак не отреагировали на его слова. Тот, что стоял ближе, лишь едва заметно кивнул в сторону карабина, лежавшего у Хотчкиса на коленях.

— Приказ не подлежит обсуждению.

— В таком случае, пусть капитан сам мне это скажет, — Хотчкис неторопливо поднялся на ноги, его движения были плавными, несмотря на возраст и механические протезы рук. В зале уже начали подниматься и другие: двое молчаливых механиков, здоровенный грузчик, пара угрюмых охранников. Все они держали выданное им оружие. Рабочие, да, но далеко не безоружные. — Пока я вижу перед собой лишь самоуправство.