— Лихо. — подытожил Бирюков. — Тут уже не Стивенсона, а Дюма надо вызвать. Постой… А этот ваш Антоша, не Милютин ли был?

— Да кто ж еще. Он самый. — ответил ему Рытников.

— Екарный через плечо прогибом! — Бирюков пожал мне руку. — Знал бы ты, какого Голиафа вы там вальнули.

Вот те раз. Правда вместе пращи и камешка в ход пошел обрез с атимагическим зарядом, но сравнение Бирюкова я понимаю. Этот Антоша, царствие ему небесное, опасен был предельно.

Раздался телефонный звонок.

— Вас Томпала. — обратился кто-то к Рытникову.

— Сейчас. Про зазнобу твою разговор будет.

Я обратился в слух, но ничего важного уловить не удалось. Маг и чекист буквально перебросились парой фраз, договорившись встретиться.

— Буду через час. Подожди здесь.

Ожидание выдалось томительным. Сотрудники и солдаты активно расспрашивали меня о событиях в Петрограде, все пытаясь вывести меня на неприличные подробности и пошутить по этому поводу. Однако настроения шутить у меня не было. Николаева арестована, с Элен непонятно что. Хоть Саша в безопасности. Встречусь с ней как только станет ясна ситуация по судьбе Наумовой.

Рытников вернулся через час и двадцать одну минут.

— Неработающий фонтан у правого крыла Зарницы помнишь? — неожиданно спросил он у меня.

— Да.

— Иди туда.

— А что…

— Иди-иди. Мне пока надо твой рапорт в адекватное состояние привести.

Ну я пошел. Почти побежал, перепрыгивая ступеньки. Отличная погода и никакой подвальной Петроградской сырости. Солнце, ветер и древние башни магической академии, тянувшиеся к небу. Вокруг неработающего фонтана в виде статуи мага-громовержца росли стройные кипарисы. Я шмыгнул меж ними, сокращая дорогу, и увидел Елену Наумову, сидящую на чугунной скамейке. Жива. Уже хорошо. И на ней нет ошейника. Уже странно…

Я придал себе вид как можно более спокойный. В конце концов древним демонам не положено слишком сильно беспокоиться о своих подопечных.

— Как там Альберт Сигизмундович? — с легкой усмешкой спросил я.

Ответом стал колючий взгляд темно-голубых глаз. Мол «издеваешься?»

— Крайне унылый и надутый дурак, хоть и великий волшебник. — устало вздохнула девушка.

— Что вы с ним там делали?

— Дрались, конечно. Не насмерть, а так… интересу ради.

— И как оно?

— Отвратительно. — почти прошипела Элен. — Давно не ощущала себя такой беспомощной. Мой учитель граф Тимирязев говаривал, что у каждого боевика есть сильное и слабое места. Кто-то лучше атакует, но забывает о защите. Антоша вон был страшен точными молниеносными ударами, но плохо держал постоянную форму, а Томпала… — Элен скрипнула зубами. — Ни одной ошибки. Он не просто лучше известных мне магов. Он лучше во всем. Так не должно быть. Еще и джентельмествовал, лях надутый. "Заключите со мной пари, глубокоуважаемая Елена Петровна. — передразнила она манеру речи врио.