Ни Рытников, ни Шпиро еще не ложились. Видимо, как информатор Элен, действительно, была важна раз мое начальство решило дождаться результата.

— Ну, как прошел спектакль? — спросил Леопольд, зевая.

— Спектакля не вышло. — честно ответил я.

— Ну-ка подробнее. — строго наказал Рытников, размешивая ложечкой крепкий чай.

— Спектакля не вышло. — повторил я. — Получилось реально… забрать ее душу. Не знаю, что еще сказать.

— А ты скажи что-нибудь. — возразил Рытников. — Что значит «забрал душу»? Где она теперь эта «душа»? А главная какие практические выводы?

— Магия сработала. Я произнес спец формулу, нарисовал на ее теле символ и между нами возникла какая-то особая связь. Практические выводы? Пока не знаю. Никогда раньше ни у кого душ не покупал.

— Души у нас раньше только помещики скупали. Бывало, что и мертвые. — усмехнулся Леопольд. — Ладно. Главное, что связь установилась. А как ее использовать — разберемся. Полагаю, в Зарнице много магических спецов. Тот же Томпала, например.

— Вот уж кого не хотел бы привлекать. — возразил Рытников. — Мне его нытья про «университеты вне политики» хватает. Будет очень хорошо, если товарищ Коваль самостоятельно разберется с этой душевной куплей-продажей. Такие вещи стоит минимально афишировать. Одно дело мы взяли демона в ЧК и другое, если он начнет забирать души у дворянок.

— Соглашусь. — кивнул Леопольд. — Да и вся эта тема с «продажей души»… звучит не очень хорошо. Слишком буржуазно. В будущем, осознавшие свои заблуждения дворянки, должны передавать свои души Советской Власти безвозмездно.

— Ну или в крайнем случае назвать это не продажей, а экспроприацией. — добавил Рытников. — Или конфискацией души по соответствующему приговору революционного суда.

— Хорошо. Как пользоваться меткой попробую разобраться. Разрешите идти?

— Разрешаем. Сами спать давно хотим. Чай уже не лезет. Скоро из ушей польется.

И я вышел прочь, предупредив только напоследок, что оставил Элен в кабинете. Меня потянуло на улицу. Хотелось подышать свежим воздухом. Самочувствие странное. Я был полон сил, как обычно после подпитки. К такому уже привык. Однако после седелки во мне будто появился новый орган. Сложно описать это иначе. Будто новая рука отросла. Я пока ей не привык пользоваться, не вспоминаю о ней в подходящий момент, но она есть и постепенно станет важной частью меня. Речь о метке. Одну я оставил на Элен, но вторая была у меня. Думаю, обе эти штуки работают как замок и ключ. Рытников, конечно, рекомендовал мне самому разбираться, но у одного человека можно было спросить совета. Речь о Гинзбург.