— Не смей! Мы не закончили! Не смей!

А затем взгляд мой упал на дурацкую бумажку с пентаклем, которую притащил с собой. Сердечко в кружочке, накаляканные Кларой. Несколько слов на латыни. Какая же чушь… Но вдруг. Буквы будто вспыхнули под моим взором. Клара все неправильно нарисовала! И не кровью надо… Что там Тараруй говорил? У людей нет инстинктов. Знания не приходят им просто так. Но у меня инстинкты были. И образ пентакля пробудил их, подсказывая как надо правильно.

— Именами моих королей! — объявил я. — Искушением Асмодея, благоволением Ситри, вожделением Салеоса и правом свободного выбора этой души!

Коготь левого указательного пальца вытянулся, выпрямился, заостряясь как игла. На кончике его вспыхнула искра моего живого огня. Слова сами собой лились из меня. Будто годами в монастыре не акафисты я учил, а вот эти строки.

— Правом, святым для Небес и Ада, я забираю душу под свою власть. Да будет этот знак символом ее.

И коготь-игла, будто двигаясь сам, начал царапать внизу живота Элен ритуальный узор. Изящное сердце с тонкими перепончатыми крыльями. Линии ран заполнялись не кровью, но пурпурно-алым мерцанием моей силы.

При этом всем я не прекращал любить Элен. Наоборот, лишь ускорился. И чем быстрее я двигался, чем громче она стонала, тем ярче сияла демоническая метка. Пурпурный свет озарили кабинет.

В момент кульминации символ на теле Элен вспыхнул, заискрился, пронизывая девушку своей силой насквозь. Я потянулся к бушующему пламени, подцепил кончиком когтя-иглы эту силу и вонзил его в предплечье другой руки, закрепляя связь. Поток безудержных чувств хлынул в меня. Наша связь более не напоминала обычную фокусировку. Яростная страсть захлебнулась во вспышке опустошающего света. Предплечье пронзила боль, за мгновение обратившаяся ни с чем не сравнимым наслаждением.

Я ощутил, что произошло нечто невероятно важное. Инстинкты подсказывали мне это. Даже акт любви прервал. Элене мелко дрожала, водя пальцами по месту, где я начертал символ. Раны там затянулись, превратившись в линии темно-пурпурной татуировки.

— Что со мной… — прошептала девушка. — Внутри так странно… Что случилось?

— Темная сделка, скрепленная кровью. — с удовлетворением и нежностью ответил я.

— Вот оно как… — слабым голосом ответила Элен. — Отнесите меня до кровати, ладно? Я кажется сейчас… — договорить не успела.

Силы окончательно покинули ее. Я же ощущал себя как-то иначе. Даже безумная страсть, полученная от Элен, успокоилась от осознания важности момента. И что дальше? Я взял девушку на руки, чтобы отнести в комнату отдыха при кабинете. Там и оставил, укрыв одеялом. Затем собрал дурацкий реквизит. Из него полезным оказалось только вино, которого я чуть хлебнул. Кислятина. Затем покинул кабинет, закрыв его снаружи.