Эта её попытка соблюдать манеры высшего света, сидя полуголой, на кровати в пустой камере, казалась мне довольно милой.

— Все в порядке. — улыбнулся я. — Вы скоро покинете это место.

Девушка таки подняла на меня глаза. Арсгофен печально вздохнула, кутаясь в одеяло.

— Хотелось бы верить… — произнесла она. — Нет! Вы не подумайте, что я вас обвиняю. Знаю, вы стараетесь… Но в одиночку противостоять всем этим…

— Сашенька… Под «скоро» я имею ввиду минут через пять.

Приятно было наблюдать за её удивлением. На щеках выступил живой румянец. Александру явно переполняли чувства.

— К сожалению, ещё придётся сюда вернуться. — предупредил я. — Попробую найти в этом здании более подходящее помещение. А пока можно просто сходить на прогулку.

— Прогулку? — поразилась она. — Но как?

— Все под контролем. Я принёс вам кое-какую одежду. Не знаю, насколько подходят размеры…

— Господи, да какие размеры… — сквозь слезы отвечала она, забирая у меня вещи.

Я даже почти не подглядывал за тем, как она переодевалась. Удивительно, если вспомнить, как вёл себя с Элен прошлой ночью. Суть моя была изменчива. Я подстраивался под жер… жертва не очень хорошее слово. Под партнёршу. Так лучше звучит. Представал перед ней в подходящей роли, но за маской скрывались мои настоящие мотивы. Впрочем, ничего зловещего. Мне просто хотелось как можно больше, чаще и ярче любиться с ними. Возможно, ещё душу забрать, если девушка будет не против. По нынешним временам цели почти благородные.

— Прекрасно смотритесь. — улыбнулся я, когда Саша подошла ко мне, красуясь в бело-синем платьице.

Она снова покраснела и произнесла.

— Страшно подумать, но вы впервые видите меня… одетой. Кошмар.

— Да почему кошмар? Вы прекрасны в любом состоянии. Пойдёмте на улицу.

— Конечно.

Я взял её под руку и в таком очень странном состоянии мы вышли из камеры. Глаза караульного надо было видеть. Вот ставят его охранять узницу. Аристократку и ведьму, между прочим. А затем его вроде как начальник с узницей под ручку выходит. Странные дела.

— И мы просто так уйдём? — прошептала мне на ухо Саша.

— Ну да. — невозмутимо ответил я. — Через главную дверь.

Так и поступили. Вскоре мы оказались у дороги, ведущей к Зарнице. Красные башни древней школы уходили в сине-голубое небо. Меж ними что-то пролетело. Может волшебник какой балуется или самодоставляющаяся посылка. В бывшем Лицее еще жили волшебные чудеса прошлого.

— Училась там? — спросил я.

— Нет. Родители не пустили. Переживали за меня.

— А какая опасность была в учёбе? — удивился я. — Наоборот же. Научиться защищать себя магией.