— Себя сначала осчастливьте,— фыркнуло исчадье, и снова прикусило свою мерзкую губешку. Я облизнулся, как голодный кот. Очень захотелось наказать эту чертовку. Чтобы следила за поганым своим языком. Языком... О черт меня побери.— Куда это вы? Дмитрий Олегович... А елочка?

— Да, это... Дело у меня... –позорно прохрипев, я метнулся куда глаза глядят. Точнее... Я не смотрел вообще никуда и ни на что, поэтому снес попавшийся на пути табурет с несчастной хвойной уродкой. Гребаная елка завалилась на пол. Грохот был сравним по силе со сходом селя в горах. Интересно, когда я, ловкий и сильный, успел превратиться в пресловутого слона, заглянувшего в посудную лавку. Черт, я наверняка разбудил вонючку. От этого осознания, все мои пошлые мысли улетучились как туман. Зато появилась подлая мыслишка сбежать. Прямо вот так, в тренировочных штанах и тапках, свалить в закат.

— Вы разбудили, вы и успокаивайте,— вредно буркнула Курочка.

— С фига ли? Я тебе так-то деньги плачу.

— А это мое новогоднее желание,— выпятила вперед подбородок мелкая плоская мерзавка. И снова закусила губку свою противную. — Где там кровью подписаться?

«Я женщин не бью. Не бью. Пальцем не притрагиваюсь. Даже ведьм, которых хочется сжечь на костре из кривой елке. Не бью. Но очень хочу... Хочу ее губу»

— Врушка. Ты только сейчас придумала это ужасное желание. Ты страшнее джинна из «Исполнителя желаний». Ты...

— А я исполню одно ваше,— голосом змея искусителя проблеяло это недоразумение.

— Правдаааа? Учти, мое желание будет не кукарекнуть под столом, стоя на одной ноге.

— Да я уж догадалась,— фыркнула дурища, уперла руки в боки и уставилась на меня своими глазюками, похожими на два кусочка неба.— Но учтите, в двенадцать...

— Ты превратишься в тыкву?

Рева перешла на ультразвук, поэтому я не услышал, что мне ответила ведьма. Бросился в оккупированную однозубой вражиной собственную спальню, как храбрый Матросов на амбразуру, на ходу придумывая, что бы загадать этой самоуверенной курочке. Но в голову от чего-то лезли одни пошлости.

— Гу? — хмыкнуло из коляски слюнявое существо, надув при этом пузырь размером с собственную голову. Хмыкнуло, и посмотрело на меня так злодейски, что даже взгляд Медузы Горгоны померк бы.

— Давай ты молча сейчас часок полежишь, а я тебе за это куплю Порш Кайен,— предложил я, не сводя глаз с маленькой бомбы с замедленным механизмом. Мое предложение ее явно не заинтересовало. Морденка сморщилась, как яблоко печеное. Я выхватил крошечное тельце из коляски, прижал к себе столбиком, потому что гнуться монстр не возжелал.