«Но ведь надежды все равно нет», — сказал Сэм. — «Не разумнее ли сохранить жизни просто для того, чтобы жить?»

«Лучше умереть стоя, чем жить на коленях».

«И чем это лучше? Что вообще может быть дороже жизни, особенно для вас, людей, созданий эфемерных и недолговечных?»

«Долг, честь…»

«Это абстракции», — сказал он. — «Люди готовы умирать за абстракции?».

«Видимо, да.»

«Ты прав. Различия между нами находятся на фундаментальном уровне».

Я убрал бинокль от лица и повесил его на плечо. На палубу выбрался Женя, и был он мрачнее тучи.

— Юсуф говорит, через час мы будем в порту, — сказал он. — Проверки, досмотры… Короче, до самого вечера нам на берег не сойти.

— Так ты, вроде бы, туда не особенно и стремишься.

— Хоть это и не тот берег, на который я хотел бы сойти, но все же на суше я чувствую себя спокойнее, чем на воде, — сказал он. — Особенно если речь идет об океане, полном имперских военных кораблей. Знаешь, почему я так долго продержался в нашем опасном бизнесе? Потому что я всегда старался быть осторожным и не лезть на рожон.

— Так ты можешь на него и не лезть, — сказал я. — Никто не заставляет тебя идти вглубь континента. Просто дождись моего возвращения в припортовой гостинице.

— Без тебя мне все равно дороги назад нет, — сказал Женя. — И все-таки, почему старик поручил это дело именно тебе?

Я пожал плечами. Возможно, потому что симбы с азиатской внешностью не справились, а прочие агенты не имели успеха. Возможно, таким образом он продал мне билет в один конец, и не рассчитывает, что я вообще вернусь. Возможно, тут имеют место какие-то соображения и мотивы, о которых я и догадаться не смогу.

Со временем ответ на этот вопрос может найтись. А может быть, я никогда его не получу.

* * *

Капитана Юсуфа в порту знали, так что проверка документов и досмотр «Гамзе» не заняли много времени, и мы ступили на берег еще до наступления вечерних сумерек. Вблизи порт выглядел еще неказистее, чем в бинокль, да и город, в общем-то, тоже красотами не блистал.

Галифакс выглядел, как после бомбежки, хотя мне доподлинно было известно, что на протяжении последних лет цинты его не бомбили, делая ставку на продвижение своих сухопутных войск с юга. То самое продвижение, которое застопорилось.

У империи было достаточно боевых кораблей, чтобы устроить блокаду (хотя и не такую плотную, как бы им наверняка хотелось, ведь нам все-таки удалось сквозь нее проскользнуть), но недостаточно, чтобы устроить еще один штурм побережья, утыканного установками для запуска противокорабельных ракет, так что пока фронт держался, городу ничего не угрожало.